Розділ:
- Огляд

Новое в эпилептологии


	Ведущий рубрики: Владимир Игоревич Харитонов — невролог-эпилептолог Украинского медицинского центра реабилитации детей с органическим поражением нервной системы МЗ Украины, действительный член Европейской академии эпилептологии (EUREPA) и Международной ассоциации детских неврологов (ICNA) Адрес для корреспонденции: vkharytonov69@ukr.net

Уважаемые коллеги, представляю вашему вниманию подборку наиболее интересных статей за ноябрь 2011 г.

В журнале Pediatric Neurology (2011; 45: 355-367) была опубликована статья А. Пациорковского (A. Paciorkowski) «Генетическая и биологическая классификация инфантильных спазмов». Ранее термины «симптоматический», «криптогенный» и «идиопатический» применялись для категоризации инфантильных спазмов и эпилепсии в целом. Ограничения этого подхода хорошо известны, и значение этих терминов становится еще более бессмысленным в свете постоянно поступающей информации о том, что инфантильные спазмы возникают при нарушениях в ключевых генетических механизмах развития головного мозга. Недавние исследования показали, что у лиц с инфантильными спазмами наблюдаются мутации в нескольких генах, таких как ARX, CDKL5, FOXG1, GRIN1, GRIN2A, MAGI2, MEF2C, SLC25A22, SPTAN1 и STXBP1. Однако не все пациенты с мутациями этих генов имеют инфантильные спазмы. Фенотип данных состояний имеет достаточно подобий, для того чтобы считать, что эти гены связаны с инфантильными спазмами. Предположительный механизм возникновения инфантильных спазмов связан с патологическими изменениями и синаптическими нарушениями в вентральной части лобной доли. Есть предположение, что патогенез инфантильных спазмов подобен механизмам аутизма в его генетической сложности, когда каждое генетическое состояние составляет 1% от прочих. Поэтому ожидается, что еще много других мутаций генов, вызывающих инфантильные спазмы, будут найдены в ближайшее время.

Новые данные, полученные в ходе молекулярных генетических исследований, свидетельствуют о том, что все формы инфантильных спазмов, вероятно, симптоматические, и термин «криптогенные инфантильные спазмы» больше не применим.

Последние сообщения указывают на то, что после появления инфантильных спазмов может следовать развитие симптомов аутизма. Эти наблюдения включают данные туберозного склероза, инфантильных спазмов и аутизма, подобная корреляция также была выявлена у пациентов с синдромом Дауна. Некоторые авторы подвергают критике предположение, что последующее развитие аутизма является следствием тяжелой эпилептической энцефалопатии.

Инфантильные спазмы часто сочетаются с двигательными нарушениями, чаще гиперкинезами, однако причина и значимость этих нарушений на сегодняшний день неясны. Использование термина ДЦП как предполагаемой причины нарушает определение двигательных расстройств как специфического симптома, связанного с инфантильными спазмами. Выявление мутации гена ARX – первого гена, который четко коррелирует с инфантильными спазмами, привело к более ясному пониманию того, что непроизвольные движения могут составлять основные клинические симптомы определенных синдромов, которые включают инфантильные спазмы. Описание делеции и мутации гена MEF2C у пациентов с инфантильными спазмами и дискинезией только усилило эти предположения. Определение делеции гена MEF2C как еще одного гена, связанного с появлением инфантильных спазмов, – феномен интересный, поскольку этот ген может быть транскрипционной мишенью гена ARX в период развития вентральной части лобной доли, когда ГАМК-ергические интернейроны созревают и мигрируют. Поэтому не удивительно то, что дети с мутацией генов ARX и MEF2C проявляют подобный фенотип. Дискинетические движения также были выявлены у детей с делецией гена CDKL5 и мутацией гена STXBP1.

Согласно генетической классификации состояний с инфантильными спазмами, есть две группы состояний: те, которые имеют и не имеют известный предрасполагающий генотип.

Состояния с известным предрасполагающим генотипом составляют основу группы, которая обеспечивает развитие понимания патогенеза инфантильных спазмов. В эту группу включены состояния с недавно описанными генами, где их мутации, делеции и дупликации часто связаны с инфантильными спазмами. Некоторые дети с мутациями ARX и STXBP1 манифестируют в ранний период жизни с эпилептической энцефалопатией раннего начала (синдром Отахара) и являются иллюстрацией спектра эпилептических энцефалопатий детства.

Что касается группы с неизвестным предрасполагающим генотипом, то это категория была введена для пациентов, которые имеют инфантильные спазмы, но с недостаточным количеством симптомов, специфических для установки определенного диагноза. На сегодняшний день эта группа также находится в состоянии развития и изучения.

· · ·

В журнале Archives of Neurology (2011; 68 (10): 1320-1322) была опубликована статья А. Моди (A. Modi) «Паттерны нарушения антиэпилептической терапии у детей с впервые выявленной эпилепсией». Поскольку эпилепсия является частым заболеванием в популяции, имеет довольно узкие терапевтические границы, а также границы безопасности для антиэпилептического лечения, существует ряд определенных проблем с соблюдением данной терапии у взрослых, поэтому определение частоты, паттернов и предикторов несоблюдения такого лечения у детей с эпилепсией представляет собой большой интерес. Время начала и особенности развития несоблюдения антиэпилептической терапии у детей на сегодняшний день неизвестны. С целью определения этих данных, а также выявления социодемографических и специфических для эпилепсии предикторов было проведено исследование, в котором приняли участие 124 ребенка в возрасте 2-12 лет с впервые диагностированной эпилепсией. Исследование показало, что 58% детей продемонстрировали несоблюдение терапии на протяжении первых 6 месяцев лечения. В процессе исследования было выделено 5 различных паттернов соблюдения терапии: тяжелое раннее несоблюдение (13%), тяжелое отсроченное несоблюдение (7%), среднетяжелое несоблюдение (13%), легкое несоблюдение (26%) и почти полное соблюдение (42%). Паттерн соблюдения устанавливался на протяжении первых месяцев терапии. Социоэкономический статус был единственным предиктором соблюдения лечения, снижение которого сочеталось с повышением уровня несоблюдения антиэпилептической терапии.