Рассылка

Будьте в курсе последних обновлений – подпишитесь на рассылку материалов на Ваш e-mail

Подписаться
  1. Від спеціалізованої психіатричної допомоги до системи охорони психічного здоров’я

  2. Новое в неврологии

  3. Современные возможности и достижения в профилактике и терапии инсульта

  4. Актуальные вопросы в неврологии

  5. Особенности лечения болевой формы диабетической полинейропатии

  6. Применение венлафаксина XR в лечении резистентного обсессивно-компульсивного расстройства: результаты клинических наблюдений

  7. Стратегия вазотропной фармакотерапии при цереброваскулярной патологии: фармакологические подходы и клинические возможности

  8. Стабилизаторы настроения в лечении биполярного аффективного расстройства

  9. Диагностика и тактика лечения генерализованного тревожного и панического расстройств у взрослых

  10. Эффективность кветиапина в лечении симптомов депрессии в рамках биполярного аффективного расстройства I и II типа

  11. Реакція на важкий стрес та розлади адаптації. Посттравматичний стресовий розлад

  12. Французская болезнь Ги де Мопассана

Эффективность кветиапина в лечении симптомов депрессии в рамках биполярного аффективного расстройства I и II типа

 

 

Биполярное аффективное расстройство I и II типа представляют собой распространенные и тяжелые подтипы биполярного аффективного расстройства. При этом биполярное аффективное расстройство I типа относительно хорошо изучено, а клинические характеристики и реакция на лечение пациентов с биполярным аффективным расстройством II типа менее понятны. Вашему вниманию представлен обзор статьи Datto et al. «Bipolar II compared with bipolar I disorder: baseline characteristics and treatment response to quetiapine in a pooled analysis of five placebo-controlled clinical trials of acute bipolar depression», опубликованной в журнале Annals of General Psychiatry (2016; 15:9), в которой приведены сравнительные результаты эффективности препаратов кветиапина XR, IR, лития и пароксетина в терапии умеренной и тяжелой депрессии в рамках биполярного аффективного расстройства I и II типа.

Биполярное аффективное расстройство I и II типа (БАР I и БАР II) являются наиболее тяжелыми среди всех подтипов биполярных аффективных расстройств (APA, 2013). Все больше появляется доказательств того, что БАР II не менее распространено, нежели БАР I (Merikangas et al., 2011) и, по данным пятого издания Диагностического и статистического руководства по психическим болезням (DSM-5), ассоциируется со значительным количеством сопутствующих заболеваний, случаев инвалидности, летальных исходов и ухудшением качества жизни (Angst, 2013; Benazzi, 2007; MacQueen, 2001; Maina, 2007). Однако, несмотря на распространённость и тяжесть БАР II, его специфика и лечение не так хорошо изучены, как БАР I.

Для постановки диагноза БАР I необходимо наличие по меньшей мере одного эпизода мании с/без большого депрессивного эпизода, в то время как диагноз БАР II ставится исключительно при зафиксированном эпизоде гипомании и одном большом депрессивном эпизоде (APA, 2013). Эпизоды депрессии при БАР I и БАР II, как правило, превышают эпизоды мании/гипомании по частоте и длительности, и поэтому пациенты чаще обращаются к врачу с симптомами депрессии (Judd et al., 2002, 2003; Kupka et al., 2007; Manning, 2005).

Стоит отметить, что доказательств различий между симптомами депрессии при БАР I и БAР II практически нет. Следовательно, чтобы различить эти два подтипа, необходим тщательный сбор анамнеза, который позволит выявить наличие эпизодов мании или гипомании, характерных для БAР I и БAР II. В то время как мания или гипомания – это ключ для дифференциальной диагностики БAР I и БAР II, эпизоды депрессии являются более частыми, длительными и тяжело переносятся пациентом. Кроме того, частота возникновения и длительность депрессивных эпизодов и случаев хронизации заболевания, как правило, выше при БAР II, нежели при БAР I (Weinstock et al., 2010). Поскольку существуют различные точки зрения на лечение гипомании, пациентам с БAР II часто ошибочно ставят диагноз большого депрессивного расстройства (БДР), которое также характеризуется симптомами депрессии (DSM-5; Pendergast et al., 2014). В последующем гипомания проявляется приблизительно у 12 % лиц с первоначальным диагнозом БДР (DSM-5; Benazzi, 2005). Некорректная постановка диагноза в данном случае может привести к неправильному началу лечения. К примеру, монотерапия антидепрессантам у пациентов с биполярным аффективным расстройством ассоциируется с повышенным риском перехода в маниакальную фазу (Altshuler et al., 2006; Bond et al., 2008; Viktorin et al., 2014), в то время как применение антидепрессантов в комплексе с нормотимическими средствами не повышает эффективности лечения биполярных депрессий (Sachs et al., 2007).

Отмечается, что количество проведенных исследований по медикаментозному лечению БAР II довольно незначительно. С учетом большей частоты и хронизации депрессивных эпизодов при БAР II, лекарственные средства, которые применяются для лечения депрессии, возникающей при БAР I, могут не иметь прямых показаний для лечения пациентов с БAР II типа. Таким образом, четкие рекомендации по лечению депрессивных эпизодов при БAР II ограничены (Grunze et al., 2002; Swartz et al., 2011; Yatham et al., 2013).

Важно отметить, что кветиапин короткого действия (IR) или его пролонгированная форма выпуска (XR) является единственным препаратом, одобренным Управлением по контролю над пищевыми продуктами и лекарственными средствами США (FDA) для монотерапии острого депрессивного эпизода как при БAР I, так и при БAР II (Yatham et al., 2013). В данном случае, заключение FDA основано на пяти контролируемых плацебо клинических испытаниях, в которых применялись одинаковые критерии включения и оценки тяжести для пациентов с БAР I и БAР II. Среди них – четыре 8-недельных исследования по применению кветиапина IR (BOLDER I и II; EMBOLDEN I и II) и одно 8-недельное исследование кветиапина XR (Study 002 XR).

Благодаря тому, что в исследования были включены пациенты с обоими подтипами биполярного аффективного расстройства, это дало возможность сравнивать исходные демографические и клинические характеристики, тяжесть заболевания и ответ на лечение у пациентов с БAР I и БAР II, страдающих депрессией.

Материалы и методы исследования

Был проведен ретроспективный совокупный анализ данных 2873 пациентов, которые принимали участие в пяти двойных слепых контролируемых плацебо исследованиях по оценке эффективности фиксированной дозы кветиапина IR и кветиапина XR при остром депрессивном эпизоде БAР I и БAР II. Каждое исследование включало лиц мужского и женского пола в возрасте 18-65 лет с диагнозом БAР I и БAР  II по критериям DSM-IV, имеющих повторный большой депрессивный эпизод (APA, 2004). Диагноз подтверждался структурированным клиническим интервью для DSM-IV (SCID). Дополнительными диагностическими критериями служили ≥ 20 баллов по шкале депрессии Гамильтона (HAM-D), состоящей из 17 пунктов, из них ≥ 2 по одному пункту, и ≤ 12 баллов по шкале оценки выраженности мании у молодых (YMRS) (Hamilton, 1960; Young et al., 1978). Таким образом, исходя из количества баллов по шкале HAM-D, депрессивные эпизоды пациентов оценивались как средней степени тяжести (Bech, 2006). Лица, у которых наряду с симптомами биполярного аффективного расстройства диагностировали расстройства, относящиеся к первой оси (аxis I), исключались из исследования.

Дизайн исследований и более подробные критерии включения/исключения описаны в оригинальных публикациях (Calabrese et al., 2005; McElroy et al., 2010; Thase et al., 2006; Young et al., 2010; Suppes, 2010). Во всех пяти исследованиях перед началом оценки состояния пациенты прошли «отмывочный» период до 28 дней, во время которого были отменены антипсихотики, антидепрессанты и нормотимики.

В большинстве случаев кветиапин (плацебо) назначался перед сном в фиксированной дозе 300 или 600 мг/сут, кроме исследования по применению кветиапина XR, доза которого составляла только 300 мг/сут. В исследованиях EMBOLDEN I и II в качестве активного препарата контроля дополнительно назначали препараты лития (600-1800 мг/сут) и пароксетина (20 мг/сут) соответственно (McElroy et al., 2010; Suppes, 2010).

Оценка демографических и клинических параметров проводилась в начале каждого исследования и включала пол, возраст, массу тела, тяжесть заболевания по шкалам, анамнез заболевания (недавние и ранние депрессивные эпизоды). Оценка по шкалам проводилась в 1-й день (после отмывочного периода), в том числе по шкале Монтгомери-Асберга для оценки депрессии (MADRS), HAM-D, YMRS, шкале общего клинического впечатления о тяжести биполярного аффективного расстройства (CGI-BP-S) и шкале оценки тревоги Гамильтона (HAM-A) (Guy, 1976; Hamilton, 1959; Montgomery, 1979). Функциональное состояние и качество жизни оценивались соответственно по шкале функциональных нарушений трудоспособности Шихана (SDS) и по опроснику качества и удовлетворенности жизнью (Q-LES-Q) (Endicott et al., 1993; Sheehan, 1983).

Изменения по шкале MADRS (первичный критерий эффективности) и других шкалах оценивались в конце исследования (8-я неделя), а также еженедельно или по графику, предусмотренному дизайном исследования. Процент ответивших на лечение (т.e. пациентов, у которых общее количество баллов по шкале MADRS снизилось не менее чем на 50 %) и достигших ремиссии (количество баллов по шкале MADRS ≤ 12) также определялся в конце исследования.

Анализ эффективности проводился с применением модели смешанных эффектов для многократных измерений (MMRM) для оценки изменений в показателях шкал на каждой неделе по сравнению с исходным уровнем. Во время анализа оценка ответа на лечение и величин стандартных отклонений и стандартной ошибки проводились путем объединения данных пациентов, принимавших кветиапин IR в дозах 300 и 600 мг в исследованиях BOLDER и EMBOLDEN При проведении совокупного анализа обе дозировки кветиапина показали существенное преимущество перед плацебо (Young, 2013). Эффективность лечения оценивалась с учетом данных всех пациентов, начавших прием препарата (ITT-популяция – все пациенты, получивши хотя бы одну дозу препарата, которые прошли по меньшей мере один промежуточный осмотр), при этом использовался метод переноса данных последнего наблюдения вперед (LOCF).

Оценка безопасности препарата проводилась с учетом объединения данных всей популяции пациентов (получивших по меньшей мере одну дозу препарата). Возникшие во время лечения побочные эффекты (изменения массы тела, колебание глюкозы и липидов в плазме крови) были представлены описательно.

Результаты исследования

В пяти клинических исследованиях по кветиапину IRи XR приняли участие 2873 пациента, из них 1900 (66,1 %) с БАР I и 973 (33,9 %) – с БАР II. Процент пациентов с БАР II был аналогичным в исследованиях BOLDER и EMBOLDEN (33-38 %) и более низким в исследовании по кветиапину XR (19,6 %).

Демографические характеристики

Демографические характеристики были приблизительно одинаковыми между популяциями пациентов с БAР I и БAР II. Более половины пациентов в обеих группах были женского пола, средний возраст составлял 39 лет. Средняя масса тела была больше в группе БAР II, чем БАР I (79,7 и 83,4 кг соответственно), однако присутствовали значительные внутригрупповые вариации. Анамнез заболевания пациентов с БAР I и БАР II в среднем не отличался по количеству недавних и ранее возникавших эпизодов изменения настроения.

Исходная оценка тяжести

Средние значения по шкалам MADRS и HAM-D в начале исследования были сравнимы между пациентами с БAР I и БAР II и указывали на наличие депрессии средней тяжести и тяжелой депрессии в обеих группах. Средние значения по шкалам HAM-A, YMRS и CGI-S также совпадали, что свидетельствовало о схожих уровнях тревожности, проявлений мании/гипомании и тяжести общего состояния. Отдельные пункты шкал MADRS и HAM-A демонстрировали аналогичные показатели по ключевым симптомам тревоги и депрессии у пациентов с БАР I и БАР II.

Оценка пациентами их функционального состояния (общее количество баллов и отдельные пункты шкалы SDS) и качества жизни (общее количество баллов по опроснику Q-LES-Q) показала серьёзные нарушения в этих сферах, вызванные заболеванием, которые одинаково проявлялись у лиц с БAР I и БAР II. Сопоставимость тяжести симптомов, их влияния на функциональную сферу и качество жизни у пациентов с обоими подтипами биполярного аффективного расстройства согласуется с DSM-5 и еще раз подчеркивает тяжесть депрессивных эпизодов при БAР II.

Изменение тяжести заболевания в ходе лечения

Пациенты, рандомизированнные для 8-недельного исследования, получали кветиапин (n = 1162 с БAР I; n = 598 с БAР II), плацебо (n = 486 с БAР I; n = 231 с БAР II), препараты лития (n = 87 с БAР I; n = 49 с БAР II) или пароксетина (n = 74 с БAР I; n = 44 с БAР II). Процент выбывших из исследования составил: в группе приема кветиапина – 43,1 % с БAР I, 39,6 % с БAР II; плацебо – 43,2 %, 38,7 % сответственно), в группе пациентов, принимавших препараты лития – 42,5 %, 55,1 % соответственно и пароксетина – 63,6 %, 53,3 % соответственно.

Сравнение групп лечения

Для группы приема кветиапина было характерно раннее (на 2-й и 4-й неделях) уменьшение симптомов депрессии при оценке по шкале MADRS как у пациентов с БAР I, так и с БAР II, в то время как пациенты с БAР II, принимавшие препараты лития и плацебо, демонстрировали очень медленное улучшение. Изменение общего количества баллов по шкале MADRS на 2-й и 4-й неделях у пациентов с БAР I составило –11,46 и −15,01 в группе приема кветиапина; –8,29 и −11,16 в группе приема препаратов лития; –9,83 и −12,01 в группе приема пароксетина, а также –8,65 и −11,31 в группе плацебо. У пациентов с БAР II изменение по шкале MADRS на 2-й и 4-й неделях лечения в этих группах составило –10,66 и −13,96; –6,43 и −10,46; –11,67 и −13,38, а также –7,52 и −10,17 соответственно.

На протяжении следующих четырех недель лечения в группах приема кветиапина отмечалось дальнейшее улучшение. Наиболее медленное редуцирование симптомов происходило в группах приема пароксетина и плацебо. Результаты пациентов, принимавших препараты лития практически сравнялись с группой приема кветиапина.

К концу восьмой недели исследования изменение среднего значения общего количества баллов по шкале MADRS было наиболее выраженным в группах приема кветиапина у пациентов с БAР I и БAР II. У пациентов с БАР I среднее изменение по шкале MADRS составило –19,01 в группе приема кветиапина, –17,71 в группе приема препаратов лития, –16,54 в группе приема пароксетина и −14,29 в группах плацебо. У больных с БAР II эти цифры составили –18,44; –17,46; –15,35 и −14,57 соответственно.

При оценке отдельных пунктов шкалы MADRS на восьмой неделе исследования заметное улучшение всех показателей произошло в группах приема кветиапина – как у пациентов с БAР I, так и с БAР II. В группах приема препаратов лития результат был сравним с группой приема кветиапина по пунктам 3 (внутреннее напряжение), 5 (ухудшение аппетита), 7 (утомляемость) и 9 (пессимистические мысли).

Наиболее выраженное снижение тяжести общей симптоматики (шкала CGI-S) к концу восьмой недели и симптомов тревожности (HAM-A) отмечались в группах приема кветиапина и препаратов лития. У пациентов с БAР I среднее изменение по шкале CGI-S составило –1,95 в группе приема кветиапина, –1,91 группе приема препаратов лития, −1,57 в группе приема пароксетина и −1,38 в группах плацебо. У пациентов с БAР II среднее изменение по шкале CGI-S составило –1,84; –1,75; –1,62 и −1,50 в этих группах соответственно. В группе приема кветиапина среднее изменение по шкале HAM-A у пациентов с БAР I составило –11,11; –11,30 – в группе приема препаратов лития; –9,43 – в группе приема пароксетина и −7,85 в группах плацебо. У пациентов с БAР II эти цифры составили –10,84; –9,62; –8,65 и −8,67 соответственно.

Сравнение БAР I и БAР II типа

У пациентов с БAР II на 4-й неделе исследования наблюдался более медленный ответ на все препараты, нежели у больных с БAР I, при оценке по шкалам MADRS, CGIS и HAM-A. Однако к концу восьмой недели лечения результаты пациентов с БAР II практически приблизились к тем, которые демонстрировали пациенты с БАР I. Сравнение отдельных пунктов шкалы MADRS показало схожее улучшение у пациентов с I и II подтипами биполярного аффективного расстройства.

Оценка безопасности

Общее число побочных явлений в группе приема кветиапина составило 76,7 % у пациентов с БAР I и 74,5 % − у пациентов с БAР II, в группе приема препаратов лития – 54,0 % и 65,3 % соответственно, в группе приема пароксетина – 71,1 % и 66,7 % соответственно и плацебо 72,4 % и 66,5 % соответственно. Выход из исследования по причине побочных эффектов в группе приема кветиапина наблюдался у 9,9 % и 14,2 % соответственно, при приеме препаратов лития – 5,7 % и 10,2 % соответственно, пароксетина – 11,8 % и 4,4 % соответственно и плацебо – у 3,8 % и 4,1 % соответственно. В целом количество побочных явлений, в том числе тех, которые стали причиной выхода из исследования, было сравнимо во всех группах лечения. Тяжесть побочных явлений оценивалась как легкая и умеренная у более 80 % пациентов с БAР I и БAР II во всех группах лечения, кроме пациентов с БAР I, принимавших пароксетин (66,7 %).

В описании профиля безопасности препаратов не было выявлено новых побочных явлений кроме уже известных для этих действующих веществ (Calabrese et al., 2005; McElroy et al., 2010; Thase et al., 2006; Young et al., 2010; Suppes, 2010). К тому же, в группе приема кветиапина отмечалось провышенное проявление таких побочных явлений, как сухость ворту, сонливость / седативный эффект и головокружение в сравнении с групой плацебо; в группе приема препаратов лития – тошнота, диарея и тремор; в группе приема пароксетина – тошнота и бессонница.

Не было существенной разницы в профиле побочных явлений у пациентов БAР I и БAР II.

Следует отметить, что у пациентов в группах приема кветиапина повысилась масса тела, в то время как изменение метаболических параметров не отличалось в группах лечения, равно как и у больных с I и II подтипами БАР.

Обсуждение

По общепринятому мнению, БAР II ранее считалось менее тяжелым, нежели БAР I. Последние публикации свидетельствуют о том, что частота, длительность и степень хронизации депрессивных эпизодов, как правило, больше при БAР II, нежели при БAР I, в то время как оба подтипа биполярного аффективного расстройства одинаково влияют на качество жизни и ухудшение работоспособности. Однако, несмотря на распространённость и тяжесть БAР II, особенности и лечение его не настолько хорошо изучены, как БAР I, чем и обусловлено отсутствие четких рекомендаций по ведению пациентов со вторым подтипом биполярного аффективного расстройства.

Предстваленный обзор содержит объединённый анализ данных большой популяции (n = 2873) пациентов с БAР I и БAР II, принимавших участие в пяти исследованиях по изучению эффективности кветиапина IR и XR при биполярной депрессии. В отличие от данных других авторов (Weinstock et al., 2010), тяжесть заболевания в анамнезе у пациентов с БAР II, вовлеченных в эти исследования, была в среднем такой же, как и у пациентов с БAР I. Влияние заболевания на работоспособность и качество жизни тоже было сходным между двумя подтипами, как и в предыдущих публикациях (DSM-5; MacQueen, Young, 2001; Maina, 2007). Учитывая, что клиническая картина депрессивных эпизодов не отличается между этими двумя подтипами и БДР, для постановки правильного диагноза необходим тщательный сбор анамнеза на предмет выявления возможной хронизации депрессивных эпизодов или наличия эпизодов мании/гипомании.

По объединенным данным пяти рандомизированных 8-недельных клинических исследований, представленных в этой публикации, кветиапин быстрее и более выраженно снижал тяжесть симптомов депрессии, тревоги и улучшал общее самочувствие, чем пароксетин и препараты лития. Примечательно, что у пациентов с БAР II, как правило, отмечался более медленный ответ на лечение, чем у пациентов с БAР I, который, однако, выравнивался между двумя подгруппами к 8-й неделе. Лечение препаратами лития вызывало более медленный терапевтический ответ, но к концу восьмой недели пациенты в этой группе демонстрировали улучшение сравнимое с группами приема кветиапина. И наоборот, прием пароксетина давал результаты сравнимые с кветиапином только в начале исследования, а к концу восьмой недели его эффективность снижаласьи незначительно превосходила плацебо. Только кветиапин статистически достоверно превосходил плацебо на 4-й и 8-й неделе исследования у пациентов с БAР I и БAР II.

Описание профиля безопасности препаратов не выявило ничего нового по отношению к оригинальным публикациям. Количество побочных явлений, в том числе и приведших к выходу из исследования, в целом не отличалось между пациентами с БAР I и БAР II во всех группах лечения.

Достоверность этого анализа может быть ограничена его ретроспективностью, а также тем фактом, что при объединении данных упускалась некоторая информация, например, сопутствующие заболевания пациентов и их лечение. Однако ранее в литературе не встречались работы по сравнительному анализу данных пациентов с БAР I и БAР II в ходе клинических исследований.

По мнению авторов, данные, полученные в ходе исследований о более медленном терапевтическом ответе больных со II типом биполярного аффективного расстройства на все виды лечения, могут быть полезны клиницистам и пациентам. Предполагается, что при отсутствии ожидаемого эффекта от лечения может быть необходим более длительный период наблюдения, прежде чем будет приниматься решение о замене препарата.

Выводы

Таким образом, можно сделать вывод, что кветиапин может быть эффективным средством в лечении пациентов с БАР I и II типа.

Подготовила Лариса Калашник

Наш журнал
в соцсетях:

Выпуски за 2016 Год

Содержание выпуска 2-1, 2016

  1. Олег Левада: «Эмоциональная реактивность и регулирование – это ключ к пониманию положительных аффективных изменений в пожилом возрасте»

  2. Психосоматична коморбідність і якість життя у пацієнтів похилого віку

  3. Психологічні особливості соціалізації та самореалізації людей похилого віку

  4. Клинические рекомендации по оказанию помощи пациентам с болезнью Альцгеймера и другими видами деменции

  5. Легкие когнитивные нарушения

  6. Применение мемантина гидрохлорида для лечения различных подтипов деменции

  7. Психосоматичний підхід до порушень вегетативної нервової системи у загальній лікарській практиці

  8. Тревожно-депрессивные расстройства при неврозах и проблема выбора лекарственного средства

  9. Алгоритм терапии Болезни Паркинсона

  10. Цереброваскулярные заболевания: патогенетические биорегуляционные возможности применения Церебрум композитум Н

  11. Розлади сну у осіб літнього віку

  12. Способность ницерголина повышать сывороточную концентрацию субстанции Р у пациентов с ишемическим инсультом

  13. Повреждение кишечной трубки нестероидными противовоспалительными препаратами: клиническое значение, патогенез, возможности профилактики

Содержание выпуска 10 (84), 2016

  1. С 10-летним юбилеем, журнал «НейроNEWS!»

  2. Перша психологічна допомога для всіх

  3. Психическое здоровье в чрезвычайных ситуациях

  4. Сучасне бачення проблеми когнітивних порушень при депресії. Перспективи вивчення та лікування

  5. Ацетилсаліцилова кислота в профілактиці цереброваскулярних захворювань: ризики взаємодії з іншими нестероїдними протизапальними препаратами

  6. Новое в эпилептологии

  7. Эффективность кветиапина в качестве антидепрессанта: фармакокинетика, фармакодинамика. Данные клинических исследований

  8. Эффективность топирамата в профилактическом лечении мигрени

  9. Современные рекомендации по лечению абсансных припадков

  10. Лечение когнитивного дефицита при болезни Альцгеймера

  11. Рекомендации по фармакотерапии большого депрессивного расстройства

  12. Рекомендации по лечению болезни Паркинсона

  13. Сравнительная эффективность вальпроевой кислоты и ламотриджина в качестве первой линии терапии эпилепсии

Содержание выпуска 8 (82), 2016

  1. Психічне здоров’я дітей та підлітків

  2. Перспективи вирішення проблеми когнітивних порушень

  3. Когнитивные нарушения у пациентов с психической и неврологической патологией

  4. Новое в эпилептологии

  5. Кветиапин XR: нейробиология и место в терапии психических расстройств

  6. Немоторные нарушения при болезни Паркинсона в аспекте клинических портретов пациентов. Терапевтический подход

  7. Використання атипових нейролептиків у практичній діяльності сімейного лікаря

  8. Руководство по лечению биполярного аффективного расстройства

  9. Досвід використання Ньюропентину для лікування нейропатичного компонента болю у пацієнтів з дорсалгією

  10. Возможности оптимизации терапии инсульта с помощью биорегуляционного подхода

  11. Деменція

Содержание выпуска 7 (81), 2016

  1. Спільнотні служби охорони психічного здоров’я – неминуча реальність України

  2. Надання допомоги пацієнтам з депресією: труднощі імплементації клінічних настанов

  3. Основы методологии клинических исследований

  4. Новое в эпилептологии

  5. Принципи терапії та діагностики біполярного афективного розладу

  6. Применение антипсихотических препаратов: клинические рекомендации для врачей общей практики

  7. Застосування кветіапіну в комбінації з антидепресантами для лікування пацієнтів з депресією

  8. Проблемні питання психофармакотерапії посттравматичного стресового розладу

  9. Руководство по комбинированной терапии болезни Альцгеймера

  10. Церебрум композитум Н: патогенетические биорегуляционные возможности в детской неврологии

  11. Гендерна дисфорія

Содержание выпуска 6 (80), 2016

  1. Сергій Шум: «Я дуже сподіваюсь, що найближчим часом законодавство України не буде обмежувати права людини з вадами психічного здоров’я, а допомагатиме у їх реалізації»

  2. Роль та місце психіатричної допомоги у структурі госпітальних округів

  3. Сомнамбулізм у дітей

  4. Нейропсихофармакология психических расстройств в детском и подростковом возрасте

  5. Новое в эпилептологии

  6. Ламотриджин в лечении эпилепсий

  7. Буллинг как разновидность школьного насилия

  8. Расстройства аутистического спектра

  9. Гипомеланоз Ито

  10. Покрокова десенсибілізація та фізична підтримка в корекції поведінки протесту у підлітка із розладом аутистичного спектра

  11. Эсциталопрам в лечении социального тревожного расстройства

  12. Эффективность комбинированной терапии деменции альцгеймеровского типа мемантином и донепезилом

  13. Ефективність та безпека метилкобаламіну у хворих із хронічним болем у попереку

  14. Траумель С: патогенетические биорегуляционные возможности в неврологии

Содержание выпуска 5 (79), 2016

  1. Перспективи у галузі дитячої і підліткової психіатрії

  2. Современные реалии по оказанию помощи пациентам с депрессией: итоги первого года внедрения национального протокола

  3. Новое в эпилептологии

  4. Принципы применения психотропных лекарственных препаратов у детей и подростков

  5. Руководство по медикаментозному лечению мигрени

  6. Руководство по лечению эпилептического статуса у детей и взрослых

  7. Когнітивно-поведінкова терапія соціальної фобії

  8. Застосування методів часткового фізичного обмеження для зменшення проявів аутоагресивної поведінки у підлітка із розладом аутистичного спектра

  9. Долгосрочная эффективность и безопасность применения леветирацетама в лечении эпилепсий

  10. Особливості діагностики тривожно-депресивних розладів у хворих на фіброміалгію на тлі нейропатичного болю травматичного генезу

Содержание выпуска 4 (78), 2016

  1. Від спеціалізованої психіатричної допомоги до системи охорони психічного здоров’я

  2. Новое в неврологии

  3. Современные возможности и достижения в профилактике и терапии инсульта

  4. Актуальные вопросы в неврологии

  5. Особенности лечения болевой формы диабетической полинейропатии

  6. Применение венлафаксина XR в лечении резистентного обсессивно-компульсивного расстройства: результаты клинических наблюдений

  7. Стратегия вазотропной фармакотерапии при цереброваскулярной патологии: фармакологические подходы и клинические возможности

  8. Стабилизаторы настроения в лечении биполярного аффективного расстройства

  9. Диагностика и тактика лечения генерализованного тревожного и панического расстройств у взрослых

  10. Эффективность кветиапина в лечении симптомов депрессии в рамках биполярного аффективного расстройства I и II типа

  11. Реакція на важкий стрес та розлади адаптації. Посттравматичний стресовий розлад

  12. Французская болезнь Ги де Мопассана

Содержание выпуска 2 (76), 2016

  1. Юрій Гріненко: «Наша головна мета – створити заклад з комплексним безперервним підходом до процесу реабілітації»

  2. Границы профессиональной компетенции детского психиатра в Украине

  3. Сравнительная характеристика габапентина и прегабалина

  4. Новое в эпилептологии

  5. Венлафаксин XR в купировании болевого синдрома при депрессии

  6. Радикулопатії та безсимптомні грижі хребта: диференційна діагностика і лікування

  7. Психосоціальна реабілітація: проблеми і шляхи вирішення

  8. Остеохондроз: патогенетические биорегуляционные возможности применения Дискус композитум

  9. Риск сердечно-сосудистых событий у пациентов, принимающих целекоксиб

  10. Психосоматичні аспекти фібриляції передсердь

  11. Эффективность и переносимость леветирацетама в лечении эпилепсии у детей

  12. Применение прегабалина при генерализованном тревожном расстройстве у взрослых

  13. Місце епілепсій у структурі психічних та нервових хвороб серед населення України в 2014 році

  14. Дерево надежды стоит прямо. Медицинская история Фриды Кало

Содержание выпуска 1 (75), 2016

  1. Реабілітація військовослужбовців

  2. Когнитивные нарушения у пациентов с большим депрессивным расстройством: современные подходы к диагностике и новые возможности лечения

  3. Новое в эпилептологии

  4. Эпилептический статус: эффективность и безопасность инъекционной формы вальпроата

  5. Роль цитиколина при когнитивных нарушениях

  6. Руководство по лечению депрессии у взрослых и пациентов пожилого возраста

  7. Рекомендации по лечению синдрома беспокойных ног и синдрома периодических движений конечностей

  8. Предикторы терапевтического ответа при лечении большого депрессивного расстройства кветиапином XR

  9. Ефективність та безпека протиепілептичних препаратів та інших засобів лікування епілепсії у дітей з розладами аутистичного спектра

  10. Влияние зипразидона на факторы риска развития метаболического синдрома

  11. Дерево надежды стоит прямо. Медицинская история Фриды Кало

Выпуски текущего года

Содержание выпуска 3 (158), 2025

  1. Всесвітній день поширення інформації про аутизм: спростовуємо поширені міфи

  2. Міфи і факти про аутизм

  3. Резистентна до лікування депресія: можливості аугментації терапії

  4. Фармакотерапія тривожних розладів і нейропротекція: альтернатива бензодіазепінам

  5. Лікування пацієнтів підліткового віку із шизофренією: ефективність і безпека антипсихотичної терапії

  6. Лікування депресії в пацієнтів з ішемічною хворобою серця або ризиком її розвитку

  7. Ефективність метакогнітивної терапії в лікуванні депресії, спричиненої емоційним вигоранням у медичного працівника під час війни в Україні

  8. Профілактична фармакотерапія епізодичного мігренозного головного болю в амбулаторних умовах

  9. Стратегії зниження дозування бензодіазепінів: коли ризики переважають користь

  10. Антон Брукнер: провінційний геній

Содержание выпуска 2 (157), 2025

  1. Алла Петрів: «Інвалідність — не тавро, а статус, який передбачає допомогу і захист особі зі стійкими порушеннями життєдіяльності»

  2. Деякі питання запровадження оцінювання повсякденного функціонування особи

  3. Нетиповий «атиповий» оланзапін

  4. Важливість співвідношення «доза-ефект» при застосуванні нестероїдних протизапальних препаратів

  5. Медикаментозний паркінсонізм: причини, наслідки та шляхи уникнення

  6. Можливості вдосконалення ведення пацієнтів із шизофренією

  7. Підвищений рівень тривожності в дітей і підлітків, які були свідками воєнного конфлікту: порівняльний аналіз, прогноз

  8. Фармакотерапія пацієнтів із шизофренією: важливість поліпшення рівня соціальної залученості

  9. Психічні та поведінкові розлади внаслідок вживання психоактивних речовин та стимуляторів, за винятком опіоїдів

  10. Амедео Модільяні: неприкаяний Моді

Рассылка

Будьте в курсе последних обновлений – подпишитесь на рассылку материалов на Ваш e-mail

Подписаться

Архив рекомендаций