скрыть меню

Применение полиненасыщенных жирных кислот омега-3 в лечении РДВГ

 

 

Расстройство с дефицитом внимания и гиперактивностью (РДВГ) – наиболее распространенное заболевание, встречающееся в детской психиатрической практике, которое характеризуется двигательной гиперактивностью, нарушениями внимания, импульсивностью и может приводить к выраженным ухудшениям во всех основных сферах функционирования ребенка. В случае отсутствия адекватного лечения дети с этим расстройством могут столкнуться с большим количеством серьезных проблем на пути психологического развития и социального функционирования. Во взрослом возрасте частыми последствиями несвоевременной диагностики и отсутствия лечения РДВГ являются проблемы социальных взаимоотношений, низкий уровень полученного образования, бедность, безработица и сопутствующие психические расстройства.

Распространенность РДВГ среди детей дошкольного возраста составляет 1,5-5% (Goldstein, Goldstein, 1998; Taylor et al., 2004). Несмотря на то что в развитых странах РДВГ является наиболее частой причиной обращения к детским психиатрам, нередко это расстройство неверно или поздно диагностируется, а детям и их семьям не оказывается необходимая помощь (Романчук, 2012). Начиная с 2000 г., во всем мире отмечается рост как заболеваемости и распространенности РДВГ, так и использования лекарственных средств при данном расстройстве. Скорее всего, это связано с улучшением диагностики РДВГ и лучшим пониманием важности проблемы для здравоохранения и общества в целом.

Точные данные о распространенности РДВГ в популяции украинских детей неизвестны. По статистике обращаемости за медицинской помощью в последние годы, отмечается повышение заболеваемости и распространенности РДВГ, которое в 2009 г. составило 19,5 и 96,0 случаев на 100 тыс. детского населения соответственно. В результате скрининга на предмет гиперкинетических расстройств среди киевских школьников, распространенность РДВГ была 12,2% (Марценковская, 2009, 2010). Это сопоставимо с данными скринговых исследований, проведенных в США и странах Западной Европы, где расданный показатель традиционно принято считать высоким.

РДВГ также можно назвать одним из наиболее изученных психических расстройств, для которого разработано немало эффективных стратегий и методов оказания помощи. Чаще всего для лечения РДВГ используют медикаментозные и поведенческие вмешательства, хотя последние, по-видимому, неэффективны без фармакотерапии (Klassen et al., 1999).

Для лечения РДВГ чаще всего используются психостимуляторы метилфенидат и амфетамины (Biederman, 2005). Существуют убедительные доказательства того, что эти препараты эффективны для улучшения невнимательности и поведенческих симптомов, однако их влияние на улучшение познавательных функций и успеваемости является умеренным. Следует отметить, что положительное действие стимуляторов продолжается до тех пор, пока ребенок их принимает, но терапевтического ответа не удается достичь, как минимум, в 30% случаев (Banaschewski et al., 2004). Важно учесть, что прием стимуляторов ассоциируется с такими побочными эффектами, как утрата аппетита, потеря веса, боли в животе, головная боль и раздражительность, при этом большинство из них имеют преходящий характер. Также существует обеспокоенность нежелательными действиями психостимуляторов при длительном использовании, среди которых замедление роста и ухудшение коморбидных симптомов, например тиков (Daley, 2004).

К нестимуляторам, применяющимся для лечения РДВГ, относятся антидепрессанты (трициклические и селективные ингибиторы обратного захвата серотонина [СИОЗС]), анксиолитики (например, клонидин и гуанфацин) и атомоксетин. Некоторые из этих лекарственных средств также ассоциируются с побочными реакциями. Так, с трициклическими антидепрессантами связан риск внезапной смерти, а использование антидепрессантов класса СИОЗС по некоторым данным может приводить к возникновению или усилению суицидальных намерений у детей и подростков (Biederman, 2005; Hammad et al., 2006). В связи с опасениями относительно развития побочных эффектов фармакотерапии, до 60% родителей детей с РДВГ обращаются к альтернативным подходам лечения этого расстройства (Grassmann et al., 2013). Согласно клиническим и биохимическим данным, при РДВГ отмечается функциональный дефицит определенных полиненасыщенных жирных кислот (ПНЖК) , поэтому их применение считается возможной альтернативой в терапии этого расстройства (Chen et al., 2004; Gillies et al., 2012).

ПНЖК являются незаменимыми жирными кислотами, поступающими в организм с пищей. Они подразделяются на два основных класса в зависимости от положения двойной связи в углеводородной цепочке и ее места относительно конечной CH3-группы: ПНЖК омега-3 – альфа-линоленовая (АЛК), эйкозапентаеновая (ЭПК) и докозагексаеновая (ДГК) кислоты и омега-6 – линолевая, гамма-линолевая и арахидоновая кислоты.

ПНЖК омега-3 в большом количестве обнаруживаются в центральной нервной системе и содержатся в липидных мембранах нейронов серого вещества головного мозга (Innis, 2008). Их источником является рыба жирных сортов. Дефицит ПНЖК омега-3 может влиять на нейротрансмиссию в дофаминергической и серотонинергической системах (Wainwright, 2002; Chalon, 2006). Их прием в качестве терапии приводит к усилению активности дофамина в префронтальной коре, что способствует устранению агрессивности и импульсивности при РДВГ (Grassemann et al., 2013).

Роль дефицита ПНЖК омега-3 при РДВГ и их значение в лечении этого расстройства недавно были подробно проанализированы в публикации Howky и Nigg (2014). Авторы провели два отдельных метаанализа исследований, в которых изучали профиль липидов крови у детей с РДВГ и терапевтические вмешательства при РДВГ с использованием ПНЖК омега-3. Результаты первого метаанализа указали на то, что по сравнению с профилем липидов крови у здоровых детей при РДВГ отмечалось меньшее содержание ПНЖК омега-3, при этом более заметными были различия содержания двух из них – ЭПК и ДГК. Во втором метаанализе был показан ряд важных особенностей данных клинических испытаний использования ПНЖК омега-3 в лечении РДВГ. Во-первых, их влияние было более выраженным на проявления гиперактивности и импульсивности и несколько меньшим – на невнимательность. Во-вторых, эффект отдельных ПНЖК омега-3 на улучшение симптомов РДВГ был различным. Так, значимое положительное действие на симптоматическое улучшение имела доза ЭПК, указывая на пользу большего содержания ЭПК в композиции ПНЖК омега-3. Однако важно отметить, что исключительно с помощью диеты не удается достичь поступления в организм с пищей большего соотношения ЭПК, чем ДГК.

Подтверждение предположения о большей роли ЭПК во влиянии на проявления РДВГ представлено в результатах двойного слепого рандомизированного контролируемого плацебо клинического испытания с перекрестным дизайном, в котором дети школьного возраста с диагнозом РДВГ (n = 37) принимали ПНЖК омега-3 или плацебо (Bеlanger et al., 2009). Соотношение ЭПК : ДГК в изучавшейся композиции составило 2,5 : 1. Тенденция к улучшению поведенческих симптомов по сравнению с исходным уровнем обнаруживалась к 8-й неделе в группе детей, которые принимали ПНЖК омега-3. Об этом свидетельствовали данные опросника Conner, заполнявшегося родителями для оценки изменений в процессе лечения. После замены препарата на плацебо (через 8 недель) к 16-й неделе статистически значимое улучшение по сравнению с базовыми значениями отмечалось в обеих группах без ощутимых различий между ними. Клинически значимое улучшение к окончанию испытания было достигнуто приблизительно у 30% детей с РДВГ. Необходимо подчеркнуть, что в этом испытании не сообщалось о серьезных побочных реакциях в результате приема ПНЖК омега-3, и лечение хорошо переносилось детьми.

Кроме того, в ряде исследований сообщалось, что при использовании только ДГА без ЭПК не наблюдалось различий с плацебо при лечении РДВГ, проблем с поведением, нарушений сна и настроения как у детей, так и у взрослых (Stevens et al., 2003; Richardson, Montgomery, 2005; Richardson, Puri, 2002).

В свете перечисленных данных важными в качестве дополнения или как альтернативное лечение РДВГ представляются те комплексы ПНЖК омега-3, в которых соотношение ЭПК превосходит ДГК, например композиция Вайарин, содержащая фосфатидилсерин (300 мг) и обогащенная ЭПК (43 мг) и ДГК (17 мг). Фосфатидилсерин – фосфолипид, играющий важную роль в нормальном функционировании нейронов головного мозга. Он важен для поддержания структуры и функций мембран, в частности передачи нервных импульсов и потребления нейронами глюкозы, обеспечивая нормальное течение когнитивных и других психических процессов. Фосфатидилсерин содержится в обычных пищевых продуктах (мясо, морепродукты, соевые бобы), поэтому безопасность его использования в указанной композиции не вызывает опасений. Необходимо отметить, что для препарата Вайарин фосфатидилсерин получают не из сои, а из морепродуктов. Применение этой композиции показано у детей и подростков с РДВГ в случаях, если родители сомневаются в необходимости фармакотерапии, при непереносимости лечения стимуляторами, при расстройствах поведения с гиперактивностью и импульсивностью, а также при лабильности настроения и поведения.

Целесообразно подчеркнуть, что данные многочисленных клинических испытаний демонстрируют безопасность и хорошую переносимость фосфатидилсерина и ПНЖК омега-3.

Помимо РДВГ препарат Вайарин может использоваться при других психических расстройствах детского возраста. О дефиците ПНЖК сообщалось при аутизме, расстройствах поведения, речи, чтения, письма и нарушениях сна. Так, повышение их концентрации в крови в результате приема в качестве пищевой добавки ПНЖК омега-3 может улучшать сон у детей в возрасте 7-9 лет, что указывает на роль этих кислот в регуляции сна (Montgomery et al., 20014).

В современной клинической практике следует помнить, что ПНЖК имеют определенное значение для хорошей работы мозга (Borsonelo, Galduroz, 2008). Детский возраст является критически важным и уязвимым периодом для развития головного мозга, и дефицит ПНЖК в это время может необратимо отразиться в будущем на памяти, обучении, аффективной и сенсорной сфере.

В настоящее время в общей популяции значительно возрос интерес к возможным альтернативным и диетическим подходам к лечению, особенно если оно требует длительного приема медикаментов. ПНЖК продемонстрировали свою эффективность при ряде психических заболеваний, например РДВГ, расстройствах поведения, в том числе при аутизме, и депрессии. Даже если эффективность данных препаратов является недостаточной, значительный перевес пользы над риском позволяет применять их как самостоятельно, так в качестве дополнительной терапии.

Литература

  1. Марценковська І.І. Неуважність, гіперактивність і імпульсивність як чинники академічної неуспішності у школярів // Український вісник психоневрології. – Харків, 2009. – Т. 17, № 4 (61). – С. 34-38.
  2. Романчук О.І. ГРДУ: від розуміння нейробіології до усвідомлення соціального значення проблеми // Очерки детской психиатрии: учебное пособие для специалистов в области охраны психического здоровья детей / Под ред. профессора С. Табачникова и В. Фримонт. – К.: НейроNEWS. – 2012. – С. 151-160.
  3. Banaschewski T., Roessner V., Dittmann R.W., Santosh P.J., Rothenberger A. Non-stimulant medications in the treatment of ADHD // European Child & Adolescent Psychiatry. – 2004. – 13 (Suppl 1). – С. 102-116.
  4. Bélanger S.A., Vanasse M., Spahis S. et al. Omega-3 fatty acid treatment of children with attention-deficit hyperactivity disorder: A randomized, double-blind, placebo-controlled study // Paediatr Child Health. – 2009. – 14 (2). – Р. 89-98.
  5. Biederman J. Attention-deficit/hyperactivity disorder: a selective overview // Biological Psychiatry. – 2005. – 57 (11) . – Р. 1215-1220.
  6. Borsonelo E., Galduroz J. The role of polyunsaturated fatty acids (PUFAs) in development, aging and substance abuse disorders: Review and propositions // Prostaglandins Leukot Essent Fatty Acids. – 2008. – 78. – Р. 237-245.
  7. Chalon S. Omega-3 fatty acids and monoamine neurotransmission // Prostaglandins Leukot Essent Fatty Acids. – 2006. – 75 (4-5) – Р. 259-269.
  8. Chen J.-R., Hsu S.-F., Hsu C.-D., Hwang L.-H., Yang S.-C. Dietary patterns and blood fatty acid composition in children with attention-deficit hyperactivity disorder in Taiwan // Journal of Nutritional Biochemistry. – 2004. – 15 (8). – Р. 467-472.
  9. Daley K.C. Update on attention-deficit/hyperactivity disorder // Current Opinion in Pediatrics. – 2004. – 16 (2). – Р. 217-226.
  10. Gillies D., Sinn J.K.H., Lad S.S., Leach M.J., Ross M.J. Polyunsaturated fatty acids (PUFA) for attention deficit hyperactivity disorder (ADHD) in children and adolescents // Cochrane Database of Systematic Reviews. – 2012. – Issue 7, Art. No.: CD007986.
  11. Goldstein S., Goldstein M. Managing attention deficit hyperactivity disorder in children: A guide for practioners, 2nd edition. – New York: John Wiley and Sons, Inc., 1998.
  12. Grassmann V., Santos-Galduróz R.F., Fernandes Galduróz J.C. Effects of Low Doses of Polyunsaturated Fatty Acids on the Attention Deficit/Hyperactivity Disorder of Children: A Systematic Review // Current Neuropharmacology. – 2013. – 11. – Р. 186-196.
  13. Hammad T.A., Laughren T., Racoosin J. Suicidality in pediatric patients treated with antidepressant drugs // Archives of General Psychiatry. – 2006. – 63 (3). – Р. 332-339.
  14. Howky E., Nigg J.T. Omega-3 fatty acid and ADHD: Blood level analysis and metaanalytic extension of supplementation trials // Clin Psychol Rev. – 2014. – 34 (6). – Р. 496-505.
  15. Innis S.M. Dietary omega 3 fatty acids and the developing brain // Research. – 2008. – 1237. – Р. 35-43.
  16. Klassen A., Miller A., Raina P., Lee S.K., Olsen L. Attention-deficit hyperactivity disorder in children and youth: a quantitative systematic review of the efficacy of different management strategies // Canadian Journal of Psychiatry. – 1999. – 44 (10). – Р. 1007-1016.
  17. Montgomery P., Burton J.R., Sewell R.P., Spreckelsen T.F., Richardson A.J. Fatty acids and sleep in UK children: subjective and pilot objective sleep results from the DOLAB study–a randomized controlled trial // J Sleep Res. – 2014. – 23 (4). – Р. 364-388.
  18. Richardson A.J., Montgomery P. The Oxford Durham study: A randomized, controlled trial of dietary supplementation with fatty acids in children with developmental coordination disorder // Pediatrics. – 2005. – 115. – Р. 1360-1366.
  19. Richardson A.J., Puri B.K. A randomized double-blind, placebo-controlled study of the effects of supplementation with highly unsaturated fatty acids on ADHD-related symptoms in children with specific learning difficulties // Progress in Neuro-Psychopharmacology and Biological Psychiatry. – 2002. – 26. – Р. 233-239.
  20. Stevens L.J., Zhang W., Peck L., Kuczek T., Mahon A. et al: EFA supplementation in children with inattention, hyperactivity, and other disruptive behaviours // Lipids. – 2003. – 38. – Р. 1007-1021.
  21. Taylor E., Doepfner M., Sergeant J., Asherson P., Banashevski T., Buitelaar J., Coghill D., Danckaerts M., Rothenberger A., Sonuga-Barke E., Steinhausen H., Zuddas A. European clinical guidelines for hyperkinetic disorder – first upgrade // European Child and Adolescent Psychiatry. – 2004. – Vol. 13, Suppl 1. – Р. 7-31.
  22. Wainwright P.E. Dietary essential fatty acids and brain function: a developmental perspective on mechanisms // Proc Nutr Soc. – 2002. – 61 (1). – Р. 61-69.

Подготовил Станислав Костюченко

Наш журнал
в соцсетях:

Выпуски за 2015 Год

Содержание выпуска 2-2, 2015

Содержание выпуска 10 (74), 2015

Содержание выпуска 6 (70), 2015

Содержание выпуска 5 (69), 2015

Содержание выпуска 4 (68), 2015

Содержание выпуска 3 (67), 2015

Содержание выпуска 1 (65), 2015

Выпуски текущего года

Содержание выпуска 5 (116), 2020

  1. Т. О. Скрипник

  2. Н.А.Науменко, В.И. Харитонов

  3. Ю. А. Крамар

  4. В.И.Харитонов, Д.А. Шпаченко

  5. Н.В. Чередниченко

  6. Ю.О. Сухоручкін

  7. Ю. А. Крамар

  8. Н. К. Свиридова, Т. В. Чередніченко, Н. В. Ханенко

  9. Є.О.Труфанов

  10. Ю.О. Сухоручкін

  11. О.О. Копчак

  12. Ю.А. Крамар

Содержание выпуска 4 (115), 2020

  1. Ю.А. Бабкина

  2. І.І. Марценковська

  3. Ю. А. Крамар, Г. Я. Пилягіна

  4. М. М. Орос, В. В. Грабар, А. Я. Сабовчик, Р. Ю. Яцинин

  5. М. Селихова

  6. Ю. О. Сухоручкін

Содержание выпуска 3 (114), 2020

  1. Ю.А. Бабкина

  2. Ю.А. Бабкіна

  3. О.С. Чабан, О.О. Хаустова

  4. О. С. Чабан, О. О. Хаустова

  5. Ю. О. Сухоручкін

Содержание выпуска 1, 2020

  1. А.Е. Дубенко

  2. Ю. А. Бабкина

  3. Ю.А. Крамар, К.А. Власова

  4. Ю. О. Сухоручкін

Содержание выпуска 2 (113), 2020

  1. Ю.А. Бабкина

  2. Л. А. Дзяк

  3. Ф. Є. Дубенко, І. В. Реміняк, Ю. А. Бабкіна, Ю. К. Реміняк

  4. А. В. Демченко, Дж. Н. Аравицька

  5. Ю. А. Крамар

  6. П. В. Кидонь

Содержание выпуска 1 (112), 2020

  1. Ю.А. Бабкина

  2. Ю.А. Крамар

  3. М.М. Орос, В.В. Грабар

  4. В.И. Харитонов, Д.А. Шпаченко

  5. L. Boschloo, E. Bekhuis, E.S. Weitz et al.