сховати меню

Сравнительная оценка эффективности, безопасности и влияния на когнитивные нарушения амисульприда и оланзапина

 

 

У большинства пациентов, страдающих шизофренией, отмечается нарушение когнитивных функций, которые негативно влияют на качество жизни и социальное функционирование и являются основными мишенями фармакотерапии. С появлением новых атипичных нейролептиков, позиционируемых как препараты с низкой частотой экстрапирамидных нарушений, в значительной мере улучшающие познавательные функции, возникли новые возможности в лечении шизофрении и сохранении полноценного функционирования. G.R. Pawar et al. в статье «Evaluation of efficacy, safety, and cognitive profile of amisulpride per se and its comparison with olanzapine in newly diagnosed schizophrenic patients in an 8-week, double-blind, single-centre, prospective clinical trial», опубликованной в журнале ISRN Psychiatry (2012; ID 703751: 1-5), представили результаты сравнительного двойного слепого рандомизированного клинического исследования, в котором оценивалась эффективность и безопасность оланзапина и амисульприда в лечении острого эпизода шизофрении, а также их влияние на когнитивные нарушения.

Амисульприд является атипичным антипсихотиком с высокой селективностью к рецепторам D2/D3 (Schoemaker et al., 1997). Препарат эффективен в лечении как продуктивных, так и негативных симптомов шизофрении и ассоциируется с низким уровнем развития экстрапирамидных симптомов (Leucht et al., 2002). Кроме того, амисульприд положительно влияет на нейропсихологические характеристики пациентов с шизофренией (Tyson et al., 2004; Vaivа et al., 2002).

Оланзапин, в свою очередь, действует на рецепторы различных моноаминов, среди которых рецепторы 5-HT2 и D2 (Bymaster et al., 1996). Препарат также обладает низкой частотой экстрапирамидных побочных эффектов, положительно воздействуя в отношении психотических симптомов и улучшении нейропсихологических показателей (Tran et al., 1997; Bilder et al., 2002; Sharma et al., 2003).

Материалы и методы исследования

В исследование были включены пациенты мужского и женского пола в возрасте 18-45 лет с диагнозом шизофрении согласно критериям МКБ-10. Это были как стационарные, так и амбулаторные больные.

Оценка симптомов проводилась с использованием краткой психиатрической оценочной шкалы (BPRS) и шкалы оценки позитивных и негативных симптомов (PANSS). В исследование вошли пациенты с 36 баллами по BPRS и более выраженной позитивной симптоматикой по PANSS. Критериями исключения были беременность и кормление грудью.

Все участники были рандомизированы на две группы: для приема амисульприда в дозе 400 мг/сут и оланзапина по 10 мг/сут. Доза препарата была откорректирована до 400-800 мг/сут амисульприда и 10-20 мг/сут оланзапина в соответствии с индивидуальной реакцией пациента и переносимостью.

Последующие визиты для оценки эффективности, безопасности и влияния на когнитивные нарушения проводились на 4-й и 8-й неделях. Одновременное применение бензодиазепинов, снотворных (золпидем, зопиклон) и противопаркинсонических препаратов, а также тригексифенидила было разрешено по усмотрению исследователя.

Основным показателем эффективности являлось изменение исходных значений по BPRS и PANSS. Оценка безопасности проводилась на основании сообщений о нежелательных явлениях и изменениях по шкале оценки патологических непроизвольных движений (AIMS). Во время каждого посещения выполнялось полное клиническое обследование, включавшее записи показателей жизненно важных функций и массы тела.

Для оценки когнитивных функций использовали тест для определения нарушения восприятия речи (Тoken Тest), тест Струпа (Stroop Test), тест на внимательность и скорость психических реакций, тест на скорость определения категорий и беглость речи, а также тест на рассеянность внимания (triads test).

Результаты исследования

В исследование был включен 81 пациент – 40 в группу амисульприда и 41 – оланзапина со схожими исходными характеристиками. Двухмесячное лечение завершили 32 человека в группе амисульприда (80%), так же как и принимавшие оланзапин (78,04%). Основной причиной прекращения участия в испытании было отсутствие эффективности. Частота случаев преждевременного завершения терапии не отличалась в обеих группах.

Эффективность

На протяжении исследования наблюдались изменения показателей по шкале BPRS в группе амисульприда – 16,80 (стандартное отклонение [СО] 3,61) и оланзапина – 15,30 (СО 2,69) (табл. 1). Улучшение было одинаковым в обеих группах и не было статистически значимым (р = 0,38). Кроме того, клиническое улучшение отмечалось по шкале PANSS в обеих группах (р = 0,22), в основном в отношении позитивных симптомов (табл. 2).

pic-7341179740.jpg
pic-8030503261.jpg

Переносимость и безопасность

Только у одного пациента в группе амисульприда наблюдались побочные эффекты. Не было отмечено изменений показателей по шкале AIMS при сравнении их в начале лечения и спустя два месяца приема препарата. Повышение веса было более статистически значимым (р < 0,001) в группе оланзапина (2,09 кг), чем амисульприда (0,94 кг).

Оценка когнитивных функций

Тест для определения нарушения восприятия речи является маркером словесного понимания. Он включает в себя маркеры разного цвета, размера и формы. Тест подразумевает способность выполнять речевые инструкции различной сложности. Показатели по данному тесту в группе амисульприда (р = 0,02) превосходили таковые при приеме оланзапина. Среднее изменение в группе амисульприда составило 8,26 (СО 1,56), тогда как в группе оланзапина – 6,78 (СО 2,09).

Различия значений по тесту Струпа, который используется для определения скорости и гибкости мышления, были статистически значимыми в обеих группах пациентов (р = 0,03).

Показатели теста на рассеянность внимания были лучше в группе амисульприда, чем в таковой оланзапина (р = 0,02).

Результаты теста на внимательность и скорость психических реакций также были лучше в группе амисульприда как по скорости выполнения (р < 0,001), так и по количеству ошибок (р < 0,001).

Статистически значимое улучшение наблюдалось по тесту на скорость определения категорий и беглость речи в группе амисульприда (р < 0,001).

Обсуждение

Результаты проведенного исследования свидетельствуют о том, что амисульприд и оланзапин были одинаково эффективны в лечении острого эпизода шизофрении, что подтверждают оценки по шкале BPRS. Оба препарата показали сходное улучшение через два месяца приема по сравнению с исходными данными. Что касается шкалы PANSS, улучшение было в основном в отношении положительной симптоматики шизофрении. Однако выраженность негативных симптомов была ниже в начале исследования и заметно не улучшилась в ходе наблюдения в обеих группах. Помимо этого, в процессе испытания отмечалось улучшение по подшкале общей психопатологической симптоматики PANSS.

В качестве основных критериев безопасности были проанализированы показатели увеличения массы тела и экстрапирамидные симптомы. Повышение веса, как правило, рассматривается как общий побочный эффект всех антипсихотических препаратов (Doss, 1979). В группе оланзапина было отмечено значительное увеличение массы тела (в среднем на 2,09 кг) по сравнению с таковой амисульприда (в среднем на 0,9 кг). Данные исследований подтверждают, что чрезмерный набор веса характерен при приеме оланзапина (Supta et al., 1999; Eder et al., 2001) и может быть связан с последующим повышением риска сердечно-сосудистых заболеваний, диабета и гиперлипидемии (Osser et al., 1999). Данный факт может быть решающим фактором при выборе препарата для долгосрочного применения. В обеих группах экстрапирамидных побочных эффектов в ходе исследования выявлено не было, что подтверждается данными ранее проведенных испытаний амисульприда и оланзапина (Bernstein, 1988).

В группе амисульприда отмечалось улучшение когнитивных функций, таких как внимание, скорость и гибкость мышления, восприятие и беглость речи. Улучшение у пациентов, принимавших оланзапин, было менее выраженным по сравнению с группой амисульприда. Предыдущие исследования показали, что при использовании оланзапина, который имеет сродство к 5-HT2-рецепторам, отсутствует влияние на эффективность обучения и производительность памяти у лиц с шизофренией, что также соответствует результатам испытания, рассматриваемого в данном материале (Wagner et al., 2005). Однако в ходе крупного канадского открытого исследования был показан положительный эффект оланзапина в отношении данных критериев, что можно объяснить небольшим объемом выборки (Stip et al., 2003).

При шизофрении отмечается сниженная активность дофамина в мезокортикальном дофаминовом пути и префронтальной коре. Амисульприд обладает высоким селективным сродством к дофаминовым рецепторам D2/D3 и не обладает сродством к мускариновым, серотониновым или a-адренорецепторам.

В низких дозах (100-300 мг/сут) амисульприд блокирует преимущественно пресинаптические ауторецепторы D2/D3, стимулируя высвобождение дофамина, что, возможно, связано с улучшением когнитивных симптомов. Избирательная селективность амисульприда обеспечивает отсутствие побочных явлений, таких как седативный эффект и увеличение массы тела, что ассоциируется с блокадой других рецепторов. Как было показано в ранее проведенных исследованиях, антагонизм оланзапина к серотониновым рецепторам не способствует снижению когнитивных нарушений и ассоциирован с набором веса (Meltzer, McGurk, 1999).

Выводы

Таким образом, результаты исследования продемонстрировали эквивалентную эффективность амисульприда и оланзапина в улучшении психотических симптомов у пациентов с шизофренией. Помимо этого, применение амисульприда ассоциируется с улучшением когнитивного функционирования и не сопровождается увеличением массы тела.

Подготовила Ирина Сидоренко

Наш журнал
у соцмережах:

Випуски за 2014 Рік

Зміст випуску 2-1, 2014

Зміст випуску 9-10 (64), 2014

Зміст випуску 7 (62), 2014

Зміст випуску 6 (61), 2014

Зміст випуску 5 (60), 2014

Зміст випуску 4 (59), 2014

Зміст випуску 3 (58), 2014

Зміст випуску 1 (56), 2014

Випуски поточного року

Зміст випуску 5 (116), 2020

  1. Т. О. Скрипник

  2. Н.А.Науменко, В.И. Харитонов

  3. Ю. А. Крамар

  4. В.И.Харитонов, Д.А. Шпаченко

  5. Н.В. Чередниченко

  6. Ю.О. Сухоручкін

  7. Ю. А. Крамар

  8. Н. К. Свиридова, Т. В. Чередніченко, Н. В. Ханенко

  9. Є.О.Труфанов

  10. Ю.О. Сухоручкін

  11. О.О. Копчак

  12. Ю.А. Крамар

Зміст випуску 4 (115), 2020

  1. Ю.А. Бабкина

  2. І.І. Марценковська

  3. Ю. А. Крамар, Г. Я. Пилягіна

  4. М. М. Орос, В. В. Грабар, А. Я. Сабовчик, Р. Ю. Яцинин

  5. М. Селихова

  6. Ю. О. Сухоручкін

Зміст випуску 3 (114), 2020

  1. Ю.А. Бабкина

  2. Ю.А. Бабкіна

  3. О.С. Чабан, О.О. Хаустова

  4. О. С. Чабан, О. О. Хаустова

  5. Ю. О. Сухоручкін

Зміст випуску 1, 2020

  1. А.Е. Дубенко

  2. Ю. А. Бабкина

  3. Ю.А. Крамар, К.А. Власова

  4. Ю. О. Сухоручкін

Зміст випуску 2 (113), 2020

  1. Ю.А. Бабкина

  2. Л. А. Дзяк

  3. Ф. Є. Дубенко, І. В. Реміняк, Ю. А. Бабкіна, Ю. К. Реміняк

  4. А. В. Демченко, Дж. Н. Аравицька

  5. Ю. А. Крамар

  6. П. В. Кидонь

Зміст випуску 1 (112), 2020

  1. Ю.А. Бабкина

  2. Ю.А. Крамар

  3. М.М. Орос, В.В. Грабар

  4. В.И. Харитонов, Д.А. Шпаченко

  5. L. Boschloo, E. Bekhuis, E.S. Weitz et al.