«Как врач и как человек вижу потенциальную угрозу в том, что все больше людей предпочитают виртуальные отношения»

Тина Берадзе

Untitled

tinaberadze_4.jpg
Сегодня трудно найти человека, который не знал бы, что такое Интернет. Разнообразные интернет-ресурсы стали важной составляющей нашей жизни. Особой популярностью пользуются социальные сети, которые не только позволяют быстро найти нужную информацию, контакты, людей, но и являются средством общения, а также самовыражения.
Первая социальная сеть Classmates.com была открыта для посетителей Рэнди Конрадом в 1995 г.
Ее пользователи могли находить и поддерживать связь с друзьями и обмениваться информацией. Постепенно количество таких интернет-ресурсов возрастало, их возможности расширялись, общение стало более свободным, и в рамках этих сервисов стали возникать сообщества объединенных общими интересами людей, среди которых обмен информацией был более активным и длительным. В результате начала развиваться зависимость от виртуального общения, которое постепенно вытесняет реальные социальные контакты. У человека появляется дискомфорт, когда он «вне сети» и без нее уже не представляет свою жизнь. На определенном этапе от потребности постоянного пребывания на сайте самостоятельно избавиться очень тяжело. Термин «зависимость от социальных сетей» возник совсем недавно и с каждым годом приобретает все большую актуальность, поскольку стремительно растет популярность Интернета, социальных сетей и, соответственно, число их активных пользователей. Такая зависимость очень схожа с алкогольной или наркотической, однако четких рекомендаций относительно помощи людям с подобными проблемами еще не существует.

С просьбой прокомментировать актуальность данной проблемы в мире и Украине в частности мы обратились к психиатру, психотерапевту, члену Ассоциации выпускников медицинской школы Гарвардского университета (США) и Всемирной федерации биологической психиатрии (WFSBP) Тине Игоревне Берадзе.

– Тина Игоревна, как Вы считаете, насколько актуальна проблема интернет-зависимости в мире, в частности в Украине?
– Данная проблема настолько актуальна, что Американская психиатрическая ассоциация (АПА) включила в реестр зависимостей термин «фейсбук-зависимость». В DSM-V, которая сейчас готовится к выходу, достаточно много внимания уделяется этому виду зависимости. Согласно данным АПА, 15% населения США страдают интернет-зависимостью. Среди британцев этот показатель еще выше. В Украине, к сожалению, нет достоверных данных. Но по собственному опыту скажу, что в последнее время все больше людей стало обращаться по поводу этой проблемы. Сложно помочь человеку, не изучив проблему изнутри, а для этого общение должно быть на равных. Я зарегистрировалась в одной из социальных сетей. Спустя некоторое время, стала замечать, что мне не терпится посетить свою страничку, посмотреть статусы, комментарии, новости. Я могла отложить просмотр любимого фильма, встречу с родными ради общения в социальной сети. На собственном опыте и практике убедилась в том, что такая проблема действительно существует, и последствия могут быть весьма серьезными. Как врач и как человек вижу потенциальную угрозу в том, что все больше людей предпочитают виртуальные отношения.

Человек проявляет повышенный интерес ко всему происходящему в виртуальном мире, забывая о своих реальных обязанностях. Он ощущает острую потребность в постоянном пребывании он­лайн, обновлении своего статуса, обсуждении каждого своего шага, выкладывании новых фотографий.

– Как распознать появление зависимости, определить ту грань, которая отделяет обычного пользователя от «интернетоголика»?
– Не всегда возможно определить проблему на ранних этапах. Ведь сам человек не видит в своем общении ничего плохого. Достаточно трудно заметить, когда стирается грань между реальным и виртуальным общением. Симптомы данной зависимости схожи с симптомами других расстройств этой группы. Человек проявляет повышенный интерес ко всему происходящему в виртуальном мире, забывая о своих реальных обязанностях. Он ощущает острую потребность в постоянном пребывании он-лайн, обновлении своего статуса, обсуждении каждого своего шага, выкладывании новых фотографий. Общение с виртуальными друзьями вытесняет реальные встречи. А при отсутствии доступа к Интернету возникает ощущение пустоты, появляются тревога, раздражительность, беспокойство. Для того чтобы больше времени провести в сети, человек начинает врать, искать способы удовлетворить свою потребность, уходит в отрицание. А когда видит, что родственники не одобряют его поведение, старается скрыть свое увлечение. Следует отметить, что практически во всех случаях первыми обращаются родственники.

Происходит абсолютное замещение реальной жизни, в которой присутствуют и влюбленность, и трагедия, и измена, и ревность, даже сексуальные отношения. И человек впадает в депрессию уже от виртуальной ситуации.

– Чем же так опасна такая зависимость?
– На первый взгляд, очевидного вреда для психики и поведения нет, однако постепенно человек становится изолированным, а ему необходимо реальное общение. Генетически мы не запрограммированы на одиночество. Ведь не зря изоляция была предложена в качестве меры наказания! Изоляция противоестественна для человека. Проявляется феномен двойных стандартов. Это совершенно другой мир со своими понятиями, терминами и правилами. Происходит абсолютное замещение реальной жизни, в которой присутствуют и влюбленность, и трагедия, и измена, и ревность, даже сексуальные отношения. И человек впадает в депрессию уже от виртуальной ситуации. Люди представляют себя не такими, какими есть в действительности. Все выглядит весьма позитивно и доброжелательно, а в реальности оказывается совсем другим. Ведь мы не знаем, с кем на самом деле общаемся, и с какой целью тот или иной человек добавил нас в друзья. Часто это заканчивается разочарованиями, которые могут стать причиной депрессивных, тревожных состояний и даже суицидов. Люди на биохимическом уровне испытывают те же чувства, эмоции, что и в реальной жизни. Как это возможно? К сожалению, этот феномен пока не изучен.

Это своего рода болезнь, которая может возникать из­за каких­то психологических проблем, нереализованных возможностей, скрытых комплексов.

– Каковы основные причины ухода в виртуальный мир?
– В первую очередь это одиночество, неудовлетворенность реальной жизнью, занимаемым положением, своей ролью в обществе. По моим наблюдениям, чаще в такую зависимость попадают люди в возрасте от 12 до 18 и от 30 до 42 лет. И в одинаковой мере ей подвержены как мужчины, так и женщины. Это своего рода болезнь, которая может возникать из-за каких-то психологических проблем, нереализованных возможностей, скрытых комплексов. В виртуальном мире намного проще создать себе идеальный образ. Там люди могут стать теми, кем не стали в реальной жизни. В Интернете можно завести роман. Пообщаться с людьми, с которыми не хватало смелости заговорить в реальной жизни, сделать то, на что никогда бы не решился. И при этом – никакой ответственности. Ведь реальная жизнь, отношения – это работа. А в Интернете все просто. Но это только представление, в действительности ничего не поменялось. Однако люди верят в это! И развивается зависимость!

Необходимо помочь человеку признать существование своей проблемы, осознать ее реальность. Также важно иметь поддержку всех членов семьи. Если об этом говорит один человек, это может остаться неуслышанным.

– Как помочь таким людям? Как их вернуть в реальную жизнь?
– К сожалению, никаких специфических методов лечения данного вида зависимости не существует. Я использую те же методы, что и при других формах зависимости. И это достаточно нелегко, требуется длительное время. Очень сложно убедить человека в том, что его якобы безобидное общение в Интернете негативно влияет как на него самого, так и на окружающих. Для начала необходимо постараться объяснить, что простое увлечение стало уже патологическим пристрастием. Делать это надо спокойно, без претензий и оскорблений. Постараться выяснить причину ухода в виртуальный мир. Ни в коем случае нельзя полностью запретить посещать социальные сети. Делать это следует постепенно, дозировано. Полный запрет не даст результатов. Человек начинает искать пути, способы попасть на свою страничку, и если он их не найдет – это может очень плохо закончиться. Ведь полный запрет при любой зависимости усиливает тревогу, идет абстиненция, развивается синдром отмены. Очень важно разговаривать с пациентом на одном языке, знать этот интернет-сленг, жаргон, иначе он не будет тебе доверять. Необходимо помочь человеку признать сущес­твование своей проблемы, осознать ее реальность. Также важно иметь поддержку всех членов семьи. Если об этом говорит один человек, это может остаться неуслышанным. Увы, очень часто эту роль на себя никто не хочет брать. Мы боимся обидеть человека, хотя на самом деле он остро нуждается в нашей помощи. Разговор ни в коем случае не должен звучать в запретном тоне. Человек просто не пойдет на контакт.
А пока он не признает, что у него есть зависимость, результата не будет. Первый шаг – это признание проблемы. Если пациент переступает порог кабинета психотерапевта, то есть большая вероятность ему помочь. Значит, он уже на каком-то уровне признал, что проблема действительно существует. Если человека приводят насильно, из этого ничего не получится. При тяжелых, запущенных, длительных зависимостях может потребоваться медикаментозная терапия. Хорошо себя зарекомендовали селективные ингибиторы обратного захвата норадреналина, поскольку при зависимостях снижается уровень дофамина. Длительность приема и доза подбираются индивидуально. Транквилизаторы использую очень редко, если есть большая необходимость. Ведь раздражение и тревога снимаются только на момент действия, и если не повышать дозу, препарат работать не будет. И может возникнуть другая форма зависимости. Очень важно провести разъяснительную работу с окружением. Надо сделать так, чтобы человеку было комфортно возвращаться в реальную жизнь.

Конечно же, со временем появятся специфические методы лечения конкретной зависимости, в том числе и фейсбук­зависимости. И неважно, как будет называться этот метод, главное, чтобы он работал!

– Существует ли специфическая помощь для людей с подобными проблемами?
– Это достаточно новое явление, и мы буквально стоим у истоков его развития. Увы, еще очень мало известно об интернет-аддикции, и, безусловно, в будущем появятся более четкие рекомендации относительно оказания помощи таким людям. На сегодняшний день я использую различные методики, их комбинации.
На мой взгляд, наибольший результат дает личное общение психотерапевта и пациента. Разговор должен быть построен индивидуально для каждого пациента и случая. Необходимо учитывать длительность и тяжесть зависимости. И очень важно понимать проблему изнутри!
К сожалению, групповые формы лечения не дают результата в нашей стране. Люди настолько не доверяют друг другу, что все общение сводится на нет. Хотя сама по себе форма терапии гениальная и широко применяется за рубежом. Конечно же, со временем появятся специфические методы лечения конкретной зависимости, в том числе и фейсбук-зависимости. И неважно, как будет называться этот метод, главное, чтобы он работал!

Подготовила Татьяна Ильницкая
Поделиться с друзьями:

Партнеры

ЛоготипЛоготипЛоготипЛоготипЛоготип