«Утечка мозгов» – чего бояться Украине?

Вследствие проведенных литературных ревю обнаружено, что за последние полвека большинство психиатров иммигрируют в США, Великобританию, Канаду и Австралию. Существует три категории мигрирующих врачей: те, кто уезжают учиться и не возвращаются; те, которые едут повышать квалификацию, возвращаются и работают некоторое время, а потом уезжают; те, которые получают местное образование, работают и уезжают. Основными причинами миграции были названы недостаток исследовательских средств, ограниченные возможности для карьеры, низкие зарплаты, плохие жизненные условия и недостаточно хорошее образование для детей.
Из­за миграции квалифицированных врачей в неразвитых странах часто остро стоит проблема получения квалифицированной медицинской помощи. «Утечка мозгов» отрицательно сказывается на здоровье и, как следствие, влияет на демографическую ситуацию. США, Великобритания и Канада часто набирают специалистов из развивающихся стран. Наибольшее число мигрировавших психиатров в Великобритании: 26,4% психиатров общего профиля, 32,2% геронтологов, 58,19% – специальные педагоги, приглашенные из­за границы. В Австралии – 2200 психиатров на 20 млн населения, из которых 15% составляют иностранные врачи. В Великобритании на 1 млн населения приходится 40 психиатров, в то время как в Субсахарской Африке – менее одного психиатра, в Индии – 4 психиатра на 1 млн населения. Если психиатры, мигрировавшие из Нигерии в Великобританию, вернутся на родину, соотношение изменится с 0,09 до 0,26 на 100 тыс. населения.
В ходе исследования, проведенного целевой группой среди иммигрантов Великобритании в 2007­2008 гг., выявлено, что основными причинами для иммиграции являлись профессиональная изоляция и поиски лучших возможностей для обучения. Некоторые из них, повысив квалификацию, не хотели возвращаться, потому что их квалификация не была бы признана на родине. Некоторые обнаружили разницу в условиях лечения больных и методах, используемых психиатрами в Великобритании и у себя дома. Другое исследование показало, что 75% (21 из 28) психиатров Нигерии, Кении и Танзании намеревались эмигрировать, 6% надеялись эмигрировать, 15% отказались от идеи из­за семейных обстоятельств, 4% надеялись на положительные изменения в своей стране. Важными причинами для эмиграции наряду с низкой зарплатой, неудовлетворенностью работой, желанием дать лучшее образование детям была профессиональная изоляция, недостаток профессиональных возможностей и несоответствующие программы обучения.
В ходе опроса выяснилось, что многие готовы вернуться и содействовать обучению врачей у себя на родине, принимать участие в исследованиях и обеспечить клиническую поддержку. Однако у 81% опрошенных были те или иные препятствия для осуществления этого. Основными барьерами были ограничения в действующем контракте и административные или бюрократические процедуры на родине. Поэтому многие врачи­эмигранты скептически отнеслись к этой идее.
Таким образом, результаты исследования показали, что проблема «утечки мозгов» серьезна и трудноразрешима из­за огромного потока миграции врачей, особенно психиатров. Среди рекомендаций целевой группы – развитие служб психического здоровья и повышение квалификации в неразвитых и развивающихся странах, разработка программ для поддержки психиатров, работающих в изоляции в неразвитых странах, которые бы позволили им налаживать профессиональные связи. Кроме того, ВОЗ будет работать в странах, заинтересованных в «перекачке мозгов», чтобы ограничить поток специалистов из неразвитых стран в США, Великобританию, Канаду и Австралию. ВПА ставит перед собой задачу найти способы осуществления учебных программ в тех странах, где наблюдается их нехватка, а также наладить партнерские отношения с обществами­членами, такими как Королевский колледж психиатров в Великобритании, которые заинтересованы в поддержании подобных инициатив или уже осуществляют их с помощью волонтерских программ.
Данное исследование послужило информационным поводом для обсуждения, – насколько проблема «утечки мозгов» актуальна для Украины. Предлагаем вашему вниманию мнения специалистов в области охраны психического здоровья, работающих в настоящее время как в Украине, так и за рубежом


Комментарий


marz.jpg
И.А. Марценковский, главный внештатный специалист МЗ Украины по специальности «детская психиатрия»

В какой степени проблема «утечки мозгов» актуальна для нашей страны? Я считаю, что такая проблема в украинской психиатрии, и детской психиатрии в частности, существует. Но акценты в исследовании ВПА, если экстраполировать сделанные экспертами выводы на Украину, не отражают реальную ситуацию. Ситуация в Украине имеет свою специфику.
За 19 лет украинской независимости 4 сотрудницы отдела психиатрии Украинского НИИ социальной и судебной психиатрии покинули нашу страну и эмигрировали за рубеж. С гордостью могу сказать, что все они работают по специальности (детскими психиатрами, психотерапевтами) в США, Германии, Польше, Канаде. Найти им замену оказалось непросто. Престижность профессии врача, детского психиатра в частности, в Украине стремительно падает. Стремительно падает и возможность получения в нашей стране современного медицинского образования. За два последних десятилетия детская психиатрия как отрасль медицинской науки и как раздел высшего медицинского образования сильно деградировала. Учебные программы, учебники, по которым занимаются будущие детские психиатры, не выдерживают критики. В них изложены представления и парадигмы, которые были популярны в мире в 60­х гг. Получившие такое образование детские психиатры не могут быть востребованы ни в Европе, ни в США. Огромное количество выпускников украинских медицинских институтов эмигрируют в страны Восточной и Западной Европы, США, Канаду. Эту экономическую эмиграцию сложно назвать «утечкой мозгов». Дипломированные украинские врачи работают где угодно, часто достигают высокого социального положения, к сожалению, как правило, не в медицине. Единицы выпускников наших медицинских высших учебных заведений, как, впрочем, и средних, добиваются права работать по специальности. Это, как правило, те молодые люди, которые решаются получить медицинское образование повторно. Вынужден признать, что детским психиатром я тоже стал благодаря образованию, полученному за рубежом. Своими учителями я считаю профессоров М. Вронишевского и И. Намыс­ловскую, у которых я имел возможность учиться в течение нескольких лет. Последующие несколько лет сотрудничества с целым рядом блестящих детских психиатров Великобритании позволили мне, как я считаю, завершить свое образование. Мои бывшие сотрудницы оказались востребованными специалистами только потому, что упорно завершали свое образование за рубежом. Поэтому, несмотря на издержки, связанные с экономической миграцией, Украина в большей степени имеет дело с «притоком мозгов», знаний и технологий, чем с «утечкой мозгов». Таким образом, Украина должна предпринять решительные усилия для повышения качества медицинского образования. Следует пересмотреть учебные программы, необходимы новые учебники. Нет надобности ждать подвигов от отечественных авторов. Необходимо переводить те учебники, по которым занимаются сту­денты Великобритании, США. Государство должно создавать условия для обучения наиболее талантливых выпускников медицинских университетов в резидентурах ведущих стран мира. Мы должны бояться не «утечки мозгов», а неконкурентоспособности своего высшего образования и своих специалистов.


rudz.jpg
М.В. Рудзинская, детский психиатр, Нью­Йорк, США

К сожалению, данная статья отражает действительность только наполовину. А как бы хотелось, чтобы наши мозги действительно «перекачивались», чтобы о наших талантливых и неординарных людях знали и заботились, приглашали их на высококвалифицированную работу, а мы бы при этом думали и...нехотя соглашались. Но дейс­твительность не такова.
Как врач­психиатр, получивший образование в Украине и эмигрировавший в США 8 лет назад, могу сказать, что в медицинских специальностях нет украденных, соблазненных, приглашенных или перекачанных мозгов, ни докторских, ни медсестринских. Действительно, Америке катастрофически не хватает докторов, особенно терапевтов, педиатров, семейных врачей и психиатров, как и медсестер разных рангов. США активно приглашает на работу медсестер из всех стран мира и очень оперативно в течение 1­2 месяцев выдает рабочие визы тем, кто свободно вла­де­ет английским языком (прошел экзамен TOEFL) и сдал единый всеамериканский медсестринский компьютерный шестичасовой экзамен (NCLEX). Видели ли вы в нашей стране медсестру, которая свободно владеет английским?
Что же касается докторов, то нужно сдать три специальных медицинских врачебных экзамена. Раньше жители Восточной Европы могли сдать их прямо в Киеве, Москве или Варшаве. А потом нужно очень долго и упорно искать клинику, которая бы согласилась открыть рабочую визу на время резидентуры. Таких украинских или русскоговорящих врачей я не встречала и о таких наших ребятах не слышала. А вот у индусов, пакистанцев, непальцев и англичан получается сдать экзамен в своей стране и получить рабочую визу. Знаете в чем секрет? Их два: во­первых, они учатся у себя в Пакистане и Индии по американской программе и учебникам только на английском языке, во­вторых, преподаватели во многих госпитальных резидентурах в США – индусы и пакистанцы. Соответственно, половина, а то и больше, резидентов в таких программах являются индусами и пакистанцами, и приходится им жить здесь в Америке мирно и забыть о своих межкультуральных ссорах.
Я живу в городе в штате Нью­Йорк с населением в 400 тыс. В самом городе и его окрестностях радиусом примерно в 100 км насчитывается около 700 тыс. жителей и 12­15 тыс. русскоязычного населения. В нашей местности живет примерно 50­60 врачей, которые окончили медицинский институт в СССР или СНГ и пытались или не пытались сдать экзамен после приезда сюда. Из них сдало экзамен человек 10. А вместе с теми, кто получил медицинское образование уже в США, в нашей округе работает примерно 30 русскоговорящих врачей разных специальностей в возрасте от 25 до 75 лет. Получается, что большинство русскоговорящих врачей приехали в Америку еще в детстве. Психиатров у нас два – я и мой коллега из Санкт­Петербурга, который живет и работает здесь уже 30 лет. Актуальна ли после такой реальности проблема «перекачки мозгов» психиатров?.. Даже в Нью­Йорке, где самая большая популяция русскоговорящих, «перекаченных» врачей­психиатров вы не встретите. А что касается психиатров из Африки или Южно­Восточной Азии, то у нас есть один психиатр из Нигерии, он настоящий принц, окончил медицинский институт в Англии, и домой в Нигерию возвращаться не планирует.
Таким образом, касательно Украины работа целевой группы и разработка ею рекомендаций по предотвращению проблемы оказались нецелесообразными. Я не встретила ни одного случая, когда психиатр или врач другой специальности выехал в США для повышения квалификации и не вернулся домой «для служения своей стране». Более того, согласно американским законам, любой врач, приехавший в США для повышения квалификации по временной визе, например, в резидентуру, обязан после окончания срока вернуться в свою страну не менее чем на 2 года. И только после этого он может опять претендовать на въезд в Америку. Те же врачи, которые приезжают в США в качестве эмигрантов, получают иммиграционную визу по показателям, не имеющим никакого отношения к их специальности, так как по законам Америки профессия не является основанием для выдачи такой визы.
А мораль такова, что психиатры, как и другие врачи, уезжают в США не для того, чтобы работать по специальности. Они просто уезжают. А там – как повезет. Если очень­очень повезет, то года через 3 можно начать работать по специальности.
Что же касается психиатрии в Америке и психиатрии в Украине, то в обучении и практических подходах есть много общего и много разного. Основная часть практических отличий обусловлена разными государственными системами и подходами, в которых эта психиатрия имеет место быть. Причем и там, и здесь есть свои минусы и плюсы. А люди и проявления болезней – одинаковы. Поверьте, американской школе есть чему поучиться у нашей русской, и, vice versa, нам тоже есть что позаимствовать у них. Но это уже другая история.


gluz.jpg
С.Ф. Глузман, исполнительный секретарь Ассоциации психиатров Украины

Украинские реалии выталкивают специалистов за границу. Лучших, умных, способных приспособиться к чужой культуре. Хотят уехать многие, могут – десятки. Украинских врачей (различного этнического происхождения) я встречал не только в США и Канаде. Они живут и работают везде, где удалось закрепиться. Даже в самом северном в мире норвежском университете г. Тромсе я повстречал земляка…
Хорошо ли это? Уезжают лучшие, административную карьеру здесь, в Украине, делают оставшиеся. У некоторых нынешних профессоров попросту опасно лечиться (что не было столь частым явлением в годы так не любимой мной советской власти). Им, уехавшим, и их семьям – хорошо. Тяжелый труд в чужой стране, но комфортабельная, уверенная жизнь. Отлаженная система совершенствования профессиональных знаний и навыков. Спокойная, обеспеченная старость. Здесь – все не так.
Но там же, особенно в США, я видел и другое – сотни, тысячи бывших советских врачей не сумели стать американскими врачами. Здесь – прекрасные специалисты, а там не сумели преодолеть барьер другого языка и другой медицинской культуры. Не сумели сдать экзамены. Травма? Без сомнения, но она быстро залечивается. Другой работой, другими возможностями.
Лучшим из наших врачей, мыслящим и видящим перед собой больного, а не только его болезнь, трудно. А в современной технологической медицине все меньше искусства, мастерства. Даже в психиатрии. Унифицированные стандарты диагностики и лечения, все эти МКБ­10 и DSM­IV, фактически ограничивают право врача на сомнение и на поиск лучшего, нестандартного варианта лечения. В канадской психиатрической клинике я долго говорил с местным профессором, эмигрировавшим из Москвы известнейшим врачом. Он по­советски откровенно и горько рассказал мне о проблемах с молодыми психиатрами, выпускниками индийских и пакистанских университетов: «Все делают правильно, по правилам. Только по правилам. Даже в тех случаях, где болезнь – нестандартна. Так безопаснее, для них, врачей. А я вижу: больному можно было помочь эффективнее, но – не по правилам…».
Стандарты необходимы. Пусть они и сдерживают лучших, ограничивают их практический поиск. Однако они же не дают получить право на медицинскую практику неучу и самонадеянному фантазеру. А поскольку у нас этих стандартов все еще нет – никакая «утечка мозгов» нам не угрожает. В отличие от Индии, Пакистана и острова Маврикий. Наши, отечественные, стандарты к тем, цивилизованным, никакого отношения не имеют.
И там, в мире современных медицинских технологий, есть лакуны для магов, чародеев и прочих «народных целителей». Поскольку и там есть люди, желающие отдать свои деньги нетрадиционному врачевателю. Но, уверяю вас, там невозможно то, что имеет место в университетском курсе обучения в столице нашей родины, где преподаватель сообщает врачам­слушателям об открывшемся у него «диагностирующем все болезни третьем глазе». Как невозможны учебники для студентов­медиков, оперирующие понятиями и научными нормами середины прошлого века. Там не предлагают писать учебники исключительно отечественным авторам и только на нацио­нальном языке, хинди, голландском или шведском… Используют уже написанные, лучшие, на чужом, английском языке. Совсем не считая такое свое социальное поведение непатриотичным.
Давайте будем откровенны: пока у нас такие преподаватели и подобные им учебники, «перекачка мозгов» нам не угрожает. Даже если совершится чудо безвизовой жизни в Европе и США. И еще большее, совсем невероятное чудо вхождения в Европейский Союз.
В предагональной стадии в СССР придумали такой способ удерживать советскую интеллигенцию на родине победившего социализма: брать огромную сумму за дипломы о высшем образовании и научные звания. Даже градацию дипломов ввели по степени дороговизны. Не помогло, все равно уезжали. Да и сам СССР вскоре умер…
Это неизбежно. Врачи будут уезжать. Потому что уезжает не «медицинская общественность», а конкретный врач, желающий себе комфортных условий для жизни и работы. И он, конкретный врач, имеет на это право. Тем более, если его клиенты (они же – украинские избиратели) не требуют от государства реальной модернизации системы здраво­охранения.
И никакие всемирные ассоциации коллег нам не помогут. Да и не будут помогать. Цивилизованный мир устал от Украины. От бесконечных наших политических дрязг, от тотальной коррупции и от нежелания наших правителей (демократически избранных, кстати) обустраивать собственную страну.


haett.jpg
Г.В. Хаэтт, врач­психиатр, Лидней, Великобритания

Существуют два основных потока зарубежных врачей в Великобританию – врачи, получившие образование в ВУЗах Европейского Союза, и врачи, получившие образование в ВУЗах за пределами такового.
Согласно данным, опубликованным Department of Health Workforce census of National Health Service в Великобритании, в данное время в системе государственного здравоохранения работает более 100 тыс. врачей, из которых 25% получили образование за пределами Европейского Союза.
Трудоустройство этих врачей сопряжено с определенными трудностями. Прежде всего, они должны официально подтвердить знание английского языка на профессиональном уровне. Эта процедура длительная и трудоемкая и часто становится основным препятствием на пути регистрации в Министерстве здравоохранения Великобритании (GMC), которую должен иметь каждый врач.
После успешного преодоления языкового барьера врачи, получившие образование за пределами Европейского Союза, должны официально подтвердить, что их образование соответствует уровню, утвержденному в Великобритании Королевскими колледжами по определенной специальности. Эта процедура включает длительный период скрупулезного изучения и оценки всего медицинского стажа, трудового опыта, включая специальный контакт с местными органами здравоохранения, которые подтверждают достоверность предоставленной врачом информации. Этот этап является наиболее трудным, времяпоглощающим и непредсказуемым, ведь будущая профессиональная перспектива целиком зависит от этого решения.
В случае получения положительного ответа из Королевского колледжа врач еще не может быть зарегистрирован в GMC по причине отсутствия опыта работы в Великобритании, ему необходимо сдать экзамен по клинической медицине и клиническим специальностям с целью обновления знаний и приобретения новых, соответствующих требованиям для успешной работы в Великобритании, навыков. Это экзамен по профессиональной и языковой аттестации (PLAB); он состоит из двух частей и тестирует теоретические знания, практические навыки и уровень профессионального языка. Подготовка к нему требует исключительной концентрации усилий и времени. Количество учебного материала соответствует шестигодичной программе медицинского ВУЗа с той разницей, что осуществляется путем целеустремленной длительной самоподготовки. Первая часть экзамена сдается в Лондоне, а вторая – в Манчестере.
После успешной сдачи экзаменов и регистрации в GMC врач имеет право на трудоустройство.
Вопросами реального трудо­ус­тройства занимается Государ­ствен­ная система здравоохранения Великобритании (NHS), которая имеет свои требования, иногда не соответствующие требованиям GMC и колледжей. Нередко врач для того чтобы трудоустроится по определенной специальности должен досдать экзамен по избранной специальности в соответствии с требованиями NHS. Трудоустройство осуществляется на основании открытого конкурса. Это значит, что после всего предшествующего обучения и экзаменов врач будет конкурировать с коллегой из Евросоюза. Такая жесткая конкуренция дает возможность NHS выбора лучшего врача из претендующих на трудоустройство.
Как видно из вышеизложенного, путь к реальному трудоустройству в Великобритании очень длинный и содержит в себе много препятствий.

Можно ли этот путь назвать «перекачкой мозгов»? Навряд ли.

Подготовила Мария Добрянская
Поделиться с друзьями:

Партнеры

ЛоготипЛоготипЛоготипЛоготипЛоготип