Разделы: Рекомендации |

Руководство по головокружениям и нарушениям пространственной ориентации

 

 

К.Ф. Тринус, К.Ф. Клауссен,
Нейроотологическое и эквилибриометрическое общество, г. Бад-Киссинген, Германия;
Научно-практический центр профилактической и клинической медицины
Государственного управления делами, г. Киев

Продолжение. Начало читать здесь.

Сравнительная характеристика методов диагностики головокружений

Сравнительная характеристика методов диагностики головокружений проводится на основе концепции вестибулярной системы, краеугольным камнем которой является гипотеза, что формирование всех типов головокружений происходит при участии вестибулярной системы, которая анатомо-физиологически организована в четыре проекции: вестибулокорковую (сенсорную), вестибуломоторную, вестибуловегетативную и вестибулолимбическую. Вестибулокорковую проекцию исследуют при помощи анамнеза, опросников и ВВП.

Методы исследования вестибулокорковой проекции

Несмотря на то, что в научной литературе головокружение описывают тремя-четырьмя терминами, такими как истинное головокружение, нарушение координации, предобморочное состояние и легкость в голове, реально оно намного разнообразнее. Часто ранний этап болезни пропускают как больные, так и врачи. Все начинается с легких приступов неясного головокружения. На протяжении нескольких месяцев их длительность увеличивается, а интенсивность нарастает. Присоединяются головные боли, которые вскоре становятся непереносимыми, тошнота, приступы рвоты, вплоть до потери сознания. На этом этапе больной обращается к врачу, но в общей структуре симптомов заболевания головокружение зачастую игнорируют и пациенты, и врачи, поскольку на первый план выходят «более важные симптомы».

И только акцентирование внимания пациента на головокружении помогает ему вспомнить, что болезнь начиналась именно с него. Описание головокружения дается больному нелегко, имеются трудности с подбором соответствующих терминов, характеризующих его состояние. Головокружение зачастую ощущается как нарушение восприятия пространства и движения. Больные отмечают, что земля уплывает из-под ног, предметы расплываются или дребезжат и чувствуется что-то неправильное в глазах (стеклянные глаза, макропсия, микропсия) или в голове. При просьбе точно указать направление уплывания земли или предметов пациенты в основном этого сделать не могут. Иногда они указывают, что голова заключена в стеклянную сферу или шлем. Симптомы могут быть спровоцированы движениями головы или поездкой в автомобиле, метро или лифте. Обычно их сопровождает отрицательное эмоциональное восприятие ситуации: появляются страх смерти, жалобы на ощущение нездоровья, боязнь закрытых (клаустрофобия) или открытых (агорафобия) пространств. Многие больные жалуются на непереносимость определенных видов транспорта (кинетозу). Другие пациенты отмечают дискомфорт на высоте (акрофобия), неуверенность в сумерках и темноте (никтофобия). Они не могут следить за движущимися предметами (оптокинеза), жалуются на нарушения равновесия, трудности при спускании по лестнице (десцендофобия), кратковременные потемнения в глазах и кидания в сторону. Только 4-5% из них могут четко охарактеризовать истинное головокружение, указать его направление, скорость и другие параметры.

Одним из наиболее популярных опросников в области вестибулологии является нейроотологическая анамнестическая система Клауссена. Использование данного метода особенно эффективно при статистических исследованиях больших контингентов. Возможны два варианта интерпретации результатов. Первый, наиболее простой, когда подсчитывают количество больных, имеющих такую жалобу (Biswas, 2002). Другой – определение Іe, индекса выраженности, который характеризует количество признаков данной группы, приходящихся на одного пациента (например, типов головной боли или параметров головокружения). Индекс выраженности определяют как отношение суммы симптомов этой группы к количеству обследованных.

Вестибулярные вызванные потенциалы. ВВП означают ответы, полученные из ЭЭГ с помощью синхронной суммации. При предъявлении больному вестибулярного стимула и записи ЭЭГ в зарегистрированном ответе ожидаемый сигнал в вестибулярной системе теряется в шумах спонтанной ЭЭГ. Однако если запомнить определенное количество таких записей в памяти компьютера и просуммировать их, спонтанные ритмы уменьшатся в амплитуде, а ответ сенсорной системы будет обобщен, станет большим, чем шумы. Промышленное производство приборов для регистрации ВВП (анализатор вестибулярной чувствительности) в 90-е гг. ХХ ст. осуществляла фирма «Галактика» при Киевском политехническом институте. Использовали поворот кресла на угол около 3° за 400500 мс и регистрировали ЭЭГ. Рассчитанное среднее ускорение было в диапазоне 1-25°/с2. Этот диапазон ускорений позволяет голове отрабатывать профиль движения кресла с большой точностью. Для длиннолатентных ВВП сигнал регистрировали в полосе частот 1-33 Гц при усилении 106, что было оптимальным условием получения полезного сигнала. Так, 16-20 реализаций с интервалом в 10-15 с оказалось достаточно для получения ожидаемого ВВП. Согласно данным литературы, при названных интервалах удается избежать явлений габитуации и сенсибилизации при накоплении длиннолатентных ВП. Такие условия считают оптимальными для записи корковых ответов. Диагностически значимыми являются латентные времена основных экстремумов в диапазоне времени от первых 250 мс до 1 с от момента начала стимула. Метод был независимо разработан в трех странах (Украина, США, Германия), прошел процедуру верификации и цитирован независимыми экспертами НАСА (Contractor Report 3922, № 13, 23. USSR Space Life Sciences Digest, 1987, 1988). Результаты, полученные в трех лабораториях, сошлись с коэффициентом совпадения в рамках95%, что делает полученные данные значимыми с позиции доказательной медицины. Чувствительность метода, которая составила 90,57%, определяли в сравнении с количеством больных, жаловавшихся на головокружения (912 обследований, 672 человек), специфичность – 98,57%. ВВП идентичны как для линейных, так и для угловых стимулов. Такую же чувствительность и специфичность имеют СВП для слуховой патологии. ЭЭГ и СВП в случае вестибулярных нарушений имели чувствительность 33 и 18% соответственно, показывая таким образом высокую чувствительность и специфичность именно ВВП для расстройств данной модальности. Нормативные параметры для ВВП (латентные времена пиков): P1 – 20-40 мс, N1 – 60-80 мс, P2 – 120-150 мс, порог чувствительности находится в пределах 4-15 см/с2, оптимальный диапазон стимула – 15-20 см/с2.

Методы обследования состояния вестибуломоторной проекции

Методы обследования делят на две группы: вестибулоспинальные и вестибулоокуломоторные (вестибуло­окулярные).

Методы, основанные на регистрации вестибулоспинальных реакций, базируются на пробах Ромберга, Унтербергера – Фукуды и Уемуры. Среди первых наиболее популярной стала постурография, которая подразумевает регистрацию смещений центра гравитации (массы). Она основана на оценке веса тензодатчиками, подобно тому, как это делают с помощью напольных весов. При постурографическом обследовании пациент стоит на специальной платформе, а три тензодатчика показывают динамику перераспределения веса больного между ними.

Проводят процедуры длительностью по 20 с каждая: стояние с открытыми глазами на стабильной платформе; стояние с закрытыми глазами на стабильной платформе; стояние с открытыми глазами на стабильной платформе, помеха зрению создается за счет движущейся перед глазами картинки. Далее платформу опускают, и она оказывается подвешенной на жестких пружинах, затем перечисленные выше процедуры повторяют. Результат представляют в виде площади, покрываемой движениями центра массы, процент увеличения площади при исполнении конкретной процедуры соответствует снижению функции конкретной сенсорной системы.

Увеличение площади при закрывании глаз соответст-вует снижению вестибулярной функции, при открытых глазах – зрительной, на подвешенной платформе – соматосенсорной, при демонстрации движущейся картинки – зависимости от зрения. Чем больше отличие от нормативных значений, тем более выражено нарушение конкретной функции. Следующий шаг, фонация, предложен на основании идеи сенсорной тетрады (четырех органов чувств, участвующих в формировании пространственной ориентации: вестибулярной, слуховой, зрительной и проприоцептивной функций). На голову больного надевают наушники, в которые подают мелодию, где звук переходит из одного уха в другое, и наоборот. Описанную процедуру повторяют. Фонация может как улучшать исполнение пациентом проб, так и ухудшать (Trinus, 2011).

Обладая множеством положительных особенностей, метод постурографии, однако, не учитывает стратегии движений отдельных частей тела и конечностей при попытках сохранить равновесие, например наклоны головы, шеи, сгибание колен, наклон в поясничном отделе, компенсаторные движения рук и шаги. Оценка функции равновесия производится по единственной точке – смещению центра массы. Именно поэтому объем информации ограничен, что снижает диагностическое значение метода. Согласно данным литературы, его чувствительность находится в диапазоне 35-54%, а специфичность достигает 90% (Di Fabio, 1995).

Профессор Уемура предложил пробу стояния на одной ноге с закрытыми глазами для экспресс-диагностики вестибулярной функции. Ее чувствительность оказалась 98,90% (n = 912). Недостатком является снижение информативности при заболеваниях нижних конечностей. Для преодоления этого препятствия была предложена 20-балльная шкала экспресс-диагностики нарушений координации движений.

Методы оценки ВОР

Исследования ВОР основаны на двух открытиях, сделанных Барани, согласно которым как вращение здоровых лиц и больных, так и калоризация лабиринтов приводят к появлению систематических движений глаз, нистагма. Нистагменные биения глаз состоят из быстрой и медленной фаз, направление нистагма соответствует таковому быстрой фазы. Калорическая проба приз-нана золотым стандартом диагностики вестибулярной функции. Чаще всего ее проводят по протоколу Дикса –

Холлпайка (ирригация на протяжении 30 с последовательно левого и правого наружных слуховых проходов водой или воздухом при температуре 30 и 44 °С). Особенностью калорической пробы является возможность анализировать результаты стимуляции только одного из лабиринтов. При проведении исследований изучают скорость медленной фазы или частоту нистагма. Для установления пареза канала (ПК) рассчитывают разницу между реакциями правого и левого лабиринтов по формуле (Bojrab, Stockwell, 1994):

pic-9235453191.jpg 

Преимущество направления также рассчитывают как процент разницы между направлениями нистагма. Преимущество направления является манифестацией патологической асимметрии, развивающейся в ЦНС,тогда как ПК подразумевает периферическое поражение. Патологическими изменениями считают таковые, превышающие 25% как для преимущества направления, так и для ПК. Сегодня такой расчет результатов представляет собой сложную процедуру и имеет в большей степени историческую ценность, хотя до сих пор используется в США. В Европе применяют кульминационную частоту нистагма, которая подразумевает, что временные характеристики физиологических реакций обладают большей диагностической ценностью, чем амплитудные. Особенно удобной является «диаграмма бабочки» по Клауссену. Интерпретацию результатов проводят в соответствии с частотными диапазонами. Повышение частоты нистагма означает гиперрефлексии, снижение ниже нормативных данных – ПК. Преимущество направления документируют при регистрации асимметричного повышения частоты одной из реакций, например при 30 °С справа. Чувствительность метода для слуховой невриномы до 15 мм составляет 70%, а для невриномы в 15-20 мм она достигает 80-90% при специфичности 90%.

Вращательные пробы разделяют на простые вращательные, синусоидальные (маятниковые), эксцентрические (отолитовые), вращательные пробы с наклонами головы (для инициации сил Кориолиса) и многоосное вращение. При выполнении простой вращательной пробы исследователи оценивают перротаторный (в ходе вращения) и постротаторный (при внезапной остановке) нистагм. Кресло с больным вращают одну минуту по ЧС, делают паузу в одну минуту и затем вращают ПЧС.

Нистагм описывают по следующим параметрам. Усиление – соотношение скорости медленной фазы и скорости движения кресла (американская система), отношение частоты нистагма к частоте движения кресла (европейская система), нормативные показатели – 0,15-0,95. Асимметрия усиления – отношение усиления движений правого глаза к усилению движений левого глаза в %. ПВ – время, за которое усиление уменьшается до 37% от исходного максимального значения (норма – 5-25 с). Проба имеет ограниченное применение в клинической практике.

Маятниковые пробы выполняют с помощью специальных кресел или авторотации (активной или пассивной, при помощи рук обследующего, движений головы). Голову больного вращают по синусоидальному закону с частотой 0,01-4 Гц. Было выявлено, что биомеханика человеческого тела, в частности шейного отдела позвоночника, не позволяет воспроизвести частоты, превышающие 1 Гц, поэтому для более высоких частот используют авторотационный тест. Здоровые люди обычно легко достигают 3-4 Гц, а некоторые тренированные спортсмены даже 8 Гц. Исследуют также параметры ВОР: усиление, асимметрию, сдвиг фазы, спектральную частоту, функцию когерентности, спектр мощности и кросс-корреляцию. За нормативные данные для этих параметров приняты следующие (возраст – 15-55 лет). Усиление: на частотах 0,01 Гц – 0,25-0,49; 0,02 Гц – 0,37-0,65; 0,04 Гц – 0,44-0,59; 0,08 Гц – 0,49-0,65; 0,16 Гц – 0,50-0,71; 0,32 Гц – 0,50-0,85; 0,64 Гц – 0,50-0,92. Асимметрия усиления – данные нормы не должны превышать 14,76%. Сдвиг фазы – разница фаз между положением глаза и кресла (для здоровых лиц на частотах 0,01 Гц – 16,72-58,62; 0,02 Гц – 6,16-33,97; 0,04 Гц – 2,64-22,53; 0,08 Гц – (-3,69)-(+13,02); 0,16 Гц – (-9,51)-(+12,32); 0,32 Гц – (-14,78)-(+8,45); 0,64 Гц – (-14,96)-(+2,64) (Desmond, 2004). Спектральная частота означает отношение частотного наполнения между входом и выходом, 95% – диапазон нормы. Функция когерентности – это мера того, какую часть выхода вызывает вход, 95% указывает на диапазон нормы. Спектральный анализ показывает частоты компонентов и их гармоник. Кросс-корреляция позволяет оценить общее взаимодействие между двумя наборами данных, в частности, определяют временные отношения между вестибулярным входным сигналом и выходным движением глаза. Усиление оказалось наиболее вариабельным параметром, а сдвиг фазы – наиболее стабильным и повторяемым.

Отмечена различная чувствительность этой пробы на разных частотах (n = 54): 0,01 Гц – 12,96%; 0,02 Гц – 24,07%; 0,04 Гц – 38,89%, 0,08 Гц – 42,59%; 0,16 Гц – 35,19%; 0,32 Гц – 35,19%, 0,64 Гц – 12,96%. Несмотря на широкое распространение описанного метода, его использование вызывает множество проблем, особенно связанных с интерпретацией результатов. Непонятна различная чувствительность на разных частотах, так же как и нет четко обозначенных топографических взаимоотношений конкретных параметров к определенным уровням ЦНС.

Эксцентрические (отолитовые) вращательные пробы чаще используют в научных исследованиях и фактически не применяют в клинической практике. Считают, что проба позволяет оценивать функцию отолитов. Анализируют параметры, описанные для маятникового теста (Оdkvist et al., 1998). Вращательные пробы с наклонами головы и многоосные вращательные пробы (силы Кориолиса) используют преимущественно для отбора некоторых профессиональных контингентов, когда требования к вестибулярной функции особенно высоки. В этих случаях предметом изучения становится скорее не столько вестибулярная функция, сколько вестибулярная устойчивость, операторская деятельность, изменения биохимических реакций при воздействии вестибулярных нагрузок.

Исследование вестибуловегетативной проекции

К группе объективных методов принадлежат ЭКГ с неврологическими нагрузками и пупиллометрия – видеорегистрация диаметра зрачка при выполнении нагрузочных проб (Norrе, Degroote, 1988; Trinus, 2011). Нагрузки могут быть одинаковыми для обоих методов. Больного укладывают на функциональной кровати. Сначала регистрируют контрольную ЭКГ (и/или пупиллограмму). Далее на протяжении 20 с проводят одну из следующих неврологических нагрузок:

  • проба Такагаши: 10 движений головой с частотой 1 Гц в секторе 90°;
  • слежение за ярким предметом, движущимся на расстоянии в 30 см от больного в секторе 30°;
  • счет (калькуляция): вычитать по 7 из 100;
  • диадохокинез, быстрая пронация – супинация рук;
  • реакция на яркий свет и темноту, открывание и закрывание затемненных окуляров;
  • подача резких звуков 60-80 дБА;
  • физическая нагрузка – в простейшем случае 10 приседаний, при более точном дозировании нагрузки – тредмил (велоэргометр);
  • опускание функциональной кровати на 15 см в течение 10 с.

После выполнения контрольной записи ЭКГ и пупиллограммы проводят пробу и следующую запись, прерываются на несколько минут для восстановления пульса пациента, снова делают контрольную регистрацию и шаг за шагом выполняют следующие пробы. Поскольку в предыдущих исследованиях не обнаружили значительных изменений в параметрах пиков, интервалов и сегментов, анализируют только частоту сердечных сокращений. Предложенная процедура позволяет не просто документировать кардионевроз (F45.3 – соматоформное нарушение), но также установить топографический уровень его появления и развития в ЦНС. Анализ пупиллометрии означает документацию анизокории и описание волнообразных увеличений диаметра зрачка при исполнении проб. Появление последних указывает на наличие и тип головной боли. Описанные тесты находятся в состоянии разработки, поэтому их чувствительность, специфичность и прочие параметры являются предметом изучения.

Для исследования вестибуловегетативной проекции можно анализировать и другие нагрузки. Умеренные нагрузки электромагнитными полями приводят к изменениям не только координации движений, но и кровяного давления.

Пробы для изучения вестибулолимбической проекции

Анализировали параметры всех ВП: вестибулярных, зрительных, слуховых и соматосенсорных, с одной стороны, и данные тональной аудиометрии, с другой: абсолютные значения порогов и коэффициентов корреляции как в общей группе пациентов с вестибулярными нарушениями, так и у лиц с психоэмоциональными нарушениями. У лиц с эмоциональными расстройствами обнаружены достоверные различия данных аудиометрии справа и слева. С точки зрения доказательной медицины, результаты, полученные в одной лаборатории, имеют ограниченное значение. Для повышения значимости данных необходимо повторное изучение в нескольких учреждениях на большей выборке больных.

Особое внимание следует обратить на референтные методы при оценке методов документирования головокружения. В случае функциональных нарушений их точность оказывается недостаточной при использовании нейровизуализации или биохимических, иммунологических, бактериологических подходов. Очевидна выгода от применения видео- и электрофизиологии (вызванных потенциалов, краниокорпографии, нистагмографии). Наилучшим вариантом является полномасштабное обследование.

Этапы диагностики

Острый период

В этот период больной жалуется на интенсивное истинное головокружение с расстройством координации, а также позывами и рвотой, сопровождающимися нарушением или потерей сознания. Пациента необходимо обследовать в специализированном медицинском учреждении, профиль которого зависит от причины болезни. Врачи скорой помощи должны принимать окончательное решение в какую клинику транспортировать больного. Ниже перечислены типичные этиологии.

  1. Травма головы. Такая травма не вызывает затруднений диагностики. Критериями тяжести являются: рвота и даже кратковременная потеря сознания, конфузия или дезориентация. Если больной соответствует названным критериям, его следует транспортировать в нейрохирургический стационар. МРТ важна для установления степени повреждения мозга или наличия кровотечения, а КТ – переломов костей черепа. В подострый период необходимо проведение полноценной вестибулярной диагностики с помощью опросников, ВВП, краниокорпографии, нистагмографии, ЭКГ с вестибулярными нагрузками, а также исследований эмоционального статуса (посттравматический невроз).
  2. Вестибулярный неврит. Характеризуется внезапным началом, выраженным истинным головокружением с рвотой, падениями в одну сторону, вирусной инфекцией в анамнезе. Сознание обычно сохранено, мышечный тонус не нарушен. В некоторых случаях при помощи МРТ можно выявить признаки местного воспаления. В подострую фазу необходимо полноценное вестибулярное обследование (описано выше).
  3. Болезнь (БМ) и синдром Меньера. Диагностируют на основании внезапного начала и типичной триады: истинного головокружения (нередко с рвотой и потерей равновесия), ушным шумом и нарушением слуха. По данным, относящимся к населению Чехии, БМ встречается у 4,6% среди больных с жалобами на истинное головокружение. Диуретики вызывают быстро наступающее облегчение в случае истинной БМ, и оказываются полезными как с диагностической точки зрения, так и с позиции симптоматического лечения. В случаях СМ они представляются бесполезными. В острый и подострый период больному лучше находиться в стационаре под наблюдением специально подготовленного персонала. МРТ эффективна в случае опухолей или отита, КТ – при остеомаляции косточек лабиринта. Аудиометрия и коротколатентные ВП позволяют верифицировать БМ. ВВП и нистагмография дают возможность диагностировать вестибулярное нарушение. В подострую фазу необходимо максимально возможное обследование слухового и вестибулярного анализаторов. Анализ биохимии крови важен для исключения гиперглюкоземии, диабета, гиперлипидемии, уролитиаза.
  4. Сосудистые катастрофы: транзиторная ишемическая атака (TИA), инсульт, гастральная форма инфаркта миокарда. Для первых двух типичны неясное головокружение или псевдоголовокружение (не истинное), снижение уровня сознания, конфузия, НПО в ситуации и времени, возможны неконтролируемые акты уринации и дефекации, слабость одной руки и ноги, асимметрия лица, нарушения речи и эмоционального состояния. МРТ является методом выбора. Больного следует доставить в специализированный инсультный центр в пределах терапевтического окна. В подострый период рекомендовано полномасштабное вестибулярное обследование: опросник, ВВП, краниокорпография, нистагмография. Вестибулярная реабилитационная физкультура показана как можно раньше. Гастральная форма инфаркта миокарда – довольно редкая, но очень опасная и трудная для распознавания патология, характеризующаяся преимущественно болью в левой эпигастральной области, головокружением, тошнотой, рвотой. Ее следует дифференцировать от гастрита, рефлюкса пищевода, отравления и остро развивающейся язвы желудка или двенадцатиперстной кишки. Ранее перенесенные инфаркты, специфический для инфаркта ритм галопа (4-й пульсовой удар), признаки инфаркта на ЭКГ являются важными симптомами на догоспитальном этапе. В стационаре необходимо провести ЭКГ и ЭхоКГ с особым вниманием для определения состояния задней нижней стенки левого желудочка, МРТ и биохимия крови на сердечные энзимы представляют дополнительные доказательства правильности диагноза.
  5. Интоксикации и радиационная болезнь. Распознаются по интенсивному неясному головокружению (или псевдоголовокружению) с тошнотой, позывами и эпизодами рвоты, диареей, потливостью, сосудистым коллапсом. Если пациент в сознании, анамнез может иметь решающее значение. Своевременное выяснение характера токсина позволяет сохранить больному жизнь – это дает возможность своевременного применения требуемого антидота. В случае острого облучения ионизирующей радиацией важны эпидемиологические данные об атомной аварии. Интоксикации и радиационная болезнь начинаются и протекают как типичная вестибулярная дисфункция, динамика зависит от дозы. В острый период необходима первая помощь, заключающаяся в удалении и обезвреживании яда, в подострый очень важно проведение вестибулярного обследования, а именно состояния всех четырех вестибулярных проекций.
  6. Хронические болезни. Данные заболевания включают широкое разнообразие нозологий. Тем не менее, они имеют ряд важных общих характеристик, которые оказываются полезными при лечении больного. Терапия подразумевает этапность и последовательность в организации помощи такому пациенту. Каждый последующий этап должен продолжать, а не перечеркивать предыдущий, накапливать знания об особенностях болезни и индивидуальной реакции на медикаменты.

Добольничный этап

Добольничный этап является важной частью общего понимания проблемы: профилактики, ответственного отношения к защитным средствам – индивидуальным и корпоративным, осведомления о проблеме родственников больного хроническим заболеванием, а также парамедицинского персонала. Важнейшим мероприятием следует считать популяризацию знаний в общественном сознании.

Амбулаторный прием

Амбулаторный прием является началом общемедицинского ведения больного, страдающего головокружением. В случае плохого начала пациент годами безуспешно посещает врачей, результатом может быть инвалидизация, преждевременная смерть или психиатрическая больница. Необходимо усилить предварительную диагностику всех медицинских специальностей за счет использования пробы Уемуры с рекомендацией проводить видеозапись исполнения пробы. Опросники важны для изучения профиля больных. В качестве обязательного метода для всех неврологических и ЛОР-отделений рекомендована 20-балльная батарея тестов. Врачи должны уметь отличать истинное от неясного головокружения и иметь представление о профильной для каждого случая терапии. Если пациент с головокружением, хронической усталостью, нарушением координации движений, пространственной ориентации независимо от возраста не испытывает улучшения на протяжении одного месяца амбулаторного лечения, его следует направить в стационар для углубленного обследования и профильного лечения.

Лечение в стационаре

Лечение в стационаре начинается с обследования. Каждая большая клиника должна иметь отделение диагностики головокружения (нейроотологии) базового уровня, оснащенное количественной ЭЭГ по Бергманн и Берторе, а также оборудование для ВВП (и других модальностей), СВП, краниокорпографии, нистагмографии, аудиометрии, электрокохлеографии, ЭКГ и пупиллометрии с неврологическими и нейроотологическими нагрузочными пробами. Для каждого региона рекомендовано иметь, по крайней мере, один региональный научно-исследовательский центр, в функции которого должен входить мониторинг ситуации по головокружению в регионе.

Лечение головокружений и сочетанных расстройств

В недавнем времени в различных источниках литературы головокружение классифицировалось на основе субъективных оценок врачом субъективных ощущений пациента. Эта ситуация выливалась в субъективизм проведения антивертигинозной терапии, когда в инструкциях к лекарственным средствам расхожим показанием было «головокружение различной этиологии». Известен тот факт, что головокружение и сочетанные жалобы являются осложнениями практически у 1 тыс. медикаментов. Ирония судьбы заключается в том, что у многих препаратов, предназначенных для лечения головокружений, данное расстройство есть в списке побочных действий. Препараты, оказывающие положительный эффект на неясное головокружение, могут вызывать истинное головокружение (например, агонисты дофамина), и наоборот.

Важнейшим вопросом дискуссии является проблема препаратов первой линии. На эту роль предлагается множество кандидатов, поэтому время от времени становится модным назначать тот или иной медикамент при всех типах головокружений. Возникает первый вопрос: каковы критерии, по которым может быть определен препарат первой линии? По крайней мере, два из них очевидны: эффективность в большинстве случаев и минимум побочных действий. С этой точки зрения наиболее полезными кажутся продукты природного происхождения, содержащие минимальное количество токсических веществ, или экстракты с низкой концентрацией действующих веществ. Очевидно, что речь не идет об острых тяжелых случаях, которые требуют скоропомощного вмешательства специализированного персонала, и вряд ли может существовать единый препарат первой линии для вестибулярного нейронита и ТИА. В случаях хронической патологии малой или средней выраженности целесообразно выбирать из списка препаратов, которые могут оказаться эффективными при всех трех фазах протекания вестибулярного расстройства. Среди них следует упомянуть концентрированный отвар мяты перечной в случаях истинного головокружения, тошноты и рвоты, корень имбиря – неясных головокружений и депрессий, трава тархун (эстрагон) положительно зарекомендовала себя при радиационной, вибрационной болезнях, травмах головы, кинетозах легкой и средней степени выраженности.

Во многих случаях полезны витамины. Экстракт болиголова пятнистого особенно эффективен в случаях артериосклероза, сопровождающегося когнитивными расстройствами, нарушениями общения, истинным головокружением, возникающим при движениях головы. Анамирта коккулюсовидная эффективна при лечении кинетозов, акрофобии и других НПО, общем недомогании. Амбру применяют при неврозах, неясном головокружении, нарушениях концентрации. Петролеум D эффективен у лиц с истинным головокружением, сопровождающимся тошнотой, рвотой, кинетозами и ушными шумами. Последние четыре продукта сочетаются в препарате вертигохель. У больных с отдаленными последствиями радиационной болезни средней и малой выраженности (n = 884) вертигохель приводил к устранению вестибулосенсорных (ВВП), вестибуломоторных (пробы Уемуры и Фукуды), вестибуловегетативных (ЭКГ с нагрузочной пробой Такагаши) и лимбических (нейроотологическая анамнестическая система Клауссена) расстройств. Вертигохель не имеет противопоказаний даже для беременных и кормящих грудью, поэтому его можно рассматривать в качестве кандидата на средство первой линии. Для внедрения во всемирную медицинскую практику препарата первой линии необходимо серьезное исследование вопроса с позиций доказательной медицины.

Теоретической основой терапии головокружений является концепция вестибулярной системы, которая обозначает следующее. Периферический орган, лабиринт состоит из шести датчиков: ускорения, гравитации, интенсивных звуков и инфразвука, низкочастотной вибрации, магнитных импульсов и метаболизма. Центральная часть анализатора, помимо чисто сенсорной функции, выполняет также интегративную роль, формируя пространственную ориентацию и эффекторные реакции.

В пространственной ориентации принимает участие тетрада органов чувств: зрение, слух, проприорецепция и вестибулярный анализатор. Кроме того, обсуждают роль нюха, магнитного компаса и магнитного калибратора в сетчатке глаза. Пространственная ориентация начинается с уровня вестибулярных ядер ромбовидной ямки, важны также медиальный продольный пучек, четверохолмие, хвостовая порция хвостатого ядра. В коре больших полушарий мозга, помимо самой вестибулярной проекции, выделяют вестибулярные представительства в соматосенсорной, зрительной и слуховой корковых зонах. Вестибулярные эффекторные реакции реализуются через вестибуломоторную, вестибуловегетативную и вестибулолимбическую проекции. Вестибулярные нарушения, независимо от генеза, протекают в три периода:

  • острый период;
  • период мнимого благополучия;
  • отдаленные последствия.

Этиологическая терапия

Этиологическая терапия означает создание оптимальных условий для функционирования анализаторов. Как недостаточная, так и чрезмерная нагрузка определенных систем приводит к вестибулярным расстройствам и необходимости их коррекции.

Ускорения. Система, чувствительная к ускорениям, нарушается при пребывании на борту движущегося транспортного средства, к скоростям которых современный человек не привык, или вследствие воздействия других физических факторов: травмы головы, вибрации. С другой стороны, физиологические вестибулярные воздействия ускоряют выздоравливание лиц с инфарктом миокарда, детей с аутизмом, способствуют коррекции дыхательных и сердечных арритмий у новорожденных.

Кинетоза. Комплекс симптомов, появляющийся в движущихся транспортных средствах. Он положительно коррелирует с нарастанием массы тела и фотофобиями при мигрени. В отличие от других симптомов, связанных с головокружением, корреляция с рвотой выше (0,3081), чем с тошнотой (0,2259). Профилактика заключается в диете, требуемой для сохранения или даже снижения веса, при необходимости, минимизации копченых продуктов, шоколада, гистамин-содержащих продуктов (клубники, киви), пива, красного вина, кофе. Тренировка и обучение имеют сомнительный успех. Некоторые положительные результаты описаны при применении биологической обратной связи. При проведении вестибулярных нагрузочных проб с использованием сил Кориолиса добровольцам выполняли ЭКГ в покое и текущую. Обследуемых просили усилием воли приводить текущую ЭКГ к форме ЭКГ в покое (Lee, Yoo, 2008). Среди препаратов для профилактики используют блокаторы гистаминовых H1-рецепторов, кальциевые, мускариновые блокаторы, ГАМК, ноотропы с седативным действием (ноофен) и моноамины; для беременных – гомеопатический препарат вертигохель, траву эстрагон, корень имбиря. Применяют седативные, вестибулярные блокаторы с седативной активностью, b-блокаторы, антиаритмические препараты, изовалериановую кислоту, ментол. В ходе длительных авиаперелетов персонал лайнера должен быть в хорошей форме, поэтому употребляют стимуляторы: фенамин, меридил-центедрин, сиднокарб, сиднофен, триметилксантины, стрихнин, секуринин, алкалоиды аралии, сепарал.

Травма головы. Это повреждение является зашкальным раздражением для вестибулярного анализатора. Травма головы – ведущая причина смертности во всем мире. В США от нее страдает более 1,5% всего населения, чаще всего в возрасте 15-24 года, а в 30% случаев больные нуждаются в госпитализации. В 80% случаев травмы головы имеют место повреждения малой степени, в 10% – средней и в 10% – выраженной. У лиц с травматическим повреждением мозга обнаружены физические, личностные и когнитивные отдаленные последствия повреждения. В острую фазу легкой и умеренной травмы в сенсорной проекции отмечают псевдоголовокружение, интенсивность которого зависит от интенсивности травмы, НПО в ситуации и времени. В тяжелых случаях больные теряют сознание. В вестибуломоторной проекции наблюдаются нарушение координации движений, падения, нистагм. Среди расстройств функции вестибуловегетативной проекции наиболее опасными являются сердечно-сосудистые, но описаны также головные боли, рвоты, неконтролируемые акты мочеиспускания и дефекации. Лимбические реакции характеризуются эмоциональной подавленностью, страхами, анорексией.

Показаны седативные средства: блокаторы гистаминовых H1-рецепторов, кальциевые блокаторы, ГАМК, антиэметики, ментол, в тяжелых случаях – стимуляторы сердечной активности (производные адреналина), триметилксантины, лекарственные средства, восстанавливающие функции нейронов: церебролизин (обладает положительными эффектами на нейрогенез, синаптогенез и нейропластичность, подобно факторам роста нервов: CNTF, GNTF, IGF-1, IGF-2 и NGF), антиоксиданты (аскорбиновая кислота, коэнзим Q10). Пациенту лучше находиться под наблюдением профессионального персонала, МРТ и КТ показаны для оценки степени повреждения вещества мозга и костей черепа. В течение периода мнимого благополучия больные жалуются на кратковременные эпизоды легкого головокружения, иногда на преходящие нарушения координации движений при физических и эмоциональных нагрузках, метеочувствительность. Клиническую картину дополняют развитие кинетозов и НПО, таких как акро-, агора-, клаустрофобия, в более тяжелых случаях – десцендофобия. В этот период показана группа ноотропных препаратов, рекомендованы вестибулярная реабилитация и коррекция стиля жизни. Очень важно избегать перегрузок пострадавшего органа – необходимо уменьшить длительные поездки, химические нагрузки, воздействие электромагнитных полей. В третьей фазе расстройства развиваются шаг за шагом во всех эффекторных вестибулярных проекциях. Обнаруживаются неврологические, сердечно-сосудистые и психические нарушения. В комплексную терапию, помимо «профильного лечения», необходимо включить обязательную коррекцию вестибулярной функции. Если этого не сделать, через несколько месяцев или лет расстройство достигает коры полушарий мозга. Нарушается баланс корковых процессов (особенно ГАМК-глициновый), что приводит к нарушениям медиаторных систем, метаболизма, «обвалу» иммунитета и, далее, к хроническим инфекциям, аутоиммунным и онкозаболеваниям. Необходимы восстановление ГАМК-ергических процессов (ГАМК, антагонист NMDA-рецепторов, мемантин, в тяжелых случаях – габапентин), а также корреция вестибулярной функции в зависимости от характера нарушения: при гипофункции – препараты с ноотропным эффектом, при гиперрефлексии – терапия в два этапа (сначала устранение перевозбуждения, затем ноотропные препараты для активации пластических процессов). Само собой разумеется, что одновременно следует проводить лечение заболевания, которое является основным на момент обследования: гипертензии, аритмии, атеросклероза, диабета, хронической вирусной инфекции или опухоли.

Вибрационная болезнь. Развивается подобно последствиям травмы головы, но отличается низкой интенсивностью травмирующего процесса и его хроническим характером. Первый период этого умеренного по тяжести процесса наблюдают практически каждый день после интенсивных нагрузок (например, весенних и осенних сельскохозяйственных работ, ударной работы шахтеров или пилотов дальней авиации). Дополнительно в большинстве механизмов, генерирующих вибрацию, присутствует местная вибрация. Мнимое благополучие обычно длится 5-10 лет, лечение в этот период подобно таковому при посттравматическом или пострадиационном синдроме. После 10-летнего профессионального стажа обычно идет речь о профессиональном заболевании, которое помимо вегетативно-вестибулярного синдрома характеризуется радикулитами, ангиодистоническим, психоэмоциональным и синдромом Рейно. Последний документируют признаками «термоампутации конечностей» при помощи термографии.

Спецификой профессиональной патологии является глубокое истощение тормозных обратных связей, что ограничивает применение ноотропных средств, с одной стороны, а с другой – характеризуется комплексом нарушений, при котором необходимо назначение множества препаратов, нередко конфликтующих друг с другом (ноотропы и гистаминовые блокаторы или тиоктовая кислота и магний-содержащие комплексы). В этом случае можно предложить больному ноотропные препараты с седативной активностью (фенибут) и комбинацию ноотропного средства с донатором SH-групп тиоцетамом (комбинация антиоксиданта тиотриазолина с ноотропным агентом пирацетамом). Тиоцетам является уникальным нейрометаболическим стимулятором, который улучшает интегративную и когнитивную функции мозга, активирует память и оптимизирует освоение новых навыков. Тиотриазолин и пирацетам имеют потенцирующий эффект, который повышает нейропластичность и синаптичекую передачу. При болевых синдромах эффективен габапентин, а при синдроме Рейно — танакан, который имеет многокомпонентный состав и поэтому обладает широким спектром активности: расширяет артериолы, венулы и капилляры, разжижает кровь, обладает антипероксидантной и антилипидемической активностью, облегчает утилизацию глюкозы, накопление АТФ в клетках и нервных медиаторов, активирует нейропластические процессы и хорошо переносится при длительном применении. Танакан оказался единственным препаратом EGb 761, содержащим < 50/00 токсической гинкголевой кислоты. Он также эффективен для устранения головокружения и шумов в ушах.

Гипертензию у таких больных зачастую сопровождает повышенный уровень холестерина и глюкозы в крови, что требует изменений стиля жизни и характера питания, а в тяжелых случаях – применения статинов (аторвастатин, симвастатин, серивастатин, флувастатин) в первом случае и производных сульфонилмочевины (гликлазид, хлорпропамид, глибенкламид, гликвидон, метформин), бигуанидов – во втором. Загрязнение воздуха рабочих мест аэрозолями приводит к появлению астматических компонентов, которые ограничивают применение b-блокирующих агентов. Для этой группы больных используют кальциевые блокаторы, ингибиторы ангиотензин-превращающего фермента и сартаны, диуретики, а в случаях индивидуальной чувствительности к названным группам медикаментов – препараты второй линии, например алкалоиды раувольфии. Лимбические нарушения, чаще подобные паркинсонизму, легко поддаются лечению дофаминовыми агонистами.

Купулолитиаза. Сопровождается ДППГ и характеризуется приступами головокружения, длящимися секунды или минуты, провоцируемыми определенными положениями головы. ДППГ было впервые описано Adler в 1887 г. Оно может возникнуть вследствие перенесенного отита, синусита, менингита, травмы или болей головы, мигрени, литиазиса, злокачественного диабета, тиреопатии, аллергии и многих других нозологий. Предполагают, что истинное головокружение возникает в результате того, что оторвавшиеся от макулы отокониальные частички контактируют с купулой. В определенных положениях головы они прикасаются к рецепторам купулы, вызывая при этом интенсивное истинное головокружение (иллюзию движения). При этом следует обращать внимание на заболевания, нарушающие рост, созревание и резорбцию отоконий (обсуждается специфическая роль карбоангидразы). Нистагм, сопровождающий ДППГ характеризуется уставанием (биения исчезают через несколько минут) и габитуацией (при повторении теста происходит уменьшение интенсивности головокружения и нистагма, вплоть до полного исчезновения). Диагностически значимым оказывается только тест Холлпайка (изменение положений головы).

Лечение заключается в движениях, позволяющих переместить оторвавшиеся отоконии из полукружного канала в утрикулюс, где они подвергаются резорбции. Наиболее популярным является маневр Эппли. Больного укладывают на бок, на котором появляется нистагм. Доктор ожидает остановки нистагма и затем быстрым движением переводит больного в зеркальное положение. Этиотропная терапия направлена на нормализацию гомеостаза карбоангидразы, при необходимости включает противомикробное и антибактериальное лечение, препараты, содержащие кальций, антиоксиданты, витамины D, E, B1, B6, C, ниацин, биотин.

Изменения гравитации. Бывают природные (полная луна, парад планет, пролетающая комета – лунатизм) и техногенные, связанные с авиационными и космическими полетами (космическая болезнь).

Лунатизм подразумевает появление патологических симптомов, вызванных полнолунием и перемещением небесных тел. В литературе описаны попытки поиска корреляций фаз луны с артериальным давлением (АД), частотой сердечных сокращений и дыхательных движений. В такие периоды появляются симптомы: бессоница, головная боль, возбуждение, включая раздражительность вплоть до аггрессивности, булимия, сексуальное возбуждение, саливация, иногда приступы сердцебиения, изменения кровяного давления, гастриты, энтериты. Профилактика заключается в создании оптимального режима функционирования вестибулярного органа, уменьшении нагрузок на него и избегании перегрузок.

Лечение состоит в применении седативных средств, блокаторов вестибулярной гиперчувствительности – гистаминовых H1-, кальциевых блокаторов, содержащих калий и магний агентов, агонистов ГАМК, ингибиторов глициновых рецепторов, мускаринолитиков, в некоторых случаях – b-блокаторов и блокаторов дофаминовых рецепторов.

Макро- и микрогравитация характерны для скоростной авиации и космических летательных аппаратов. Помимо типичных вестибулярных нагрузок они также характеризуются перераспределением крови (в случае макрогравитации в сверхзвуковых истребителях в направлении градиента гравитации, микрогравитации – в голову и верхнюю часть туловища). Вестибулярные расстройства в условиях микрогравитации детально описаны в трудах профессора Корниловой. К ним относятся: истинное головокружение, иллюзии координат ориентации, нарушения координации движения, тошнота, рвота, которые развиваются в инициальный период адаптации к микрогравитации (или реадаптации к земным условиям) и подобны клинике болезни движения, возникающей в земных условиях. Это позволило исследователям физиологических эффектов микрогравитации идентифицировать данное состояние как космическую болезнь движения (КБД). Большинство астронавтов и космонавтов, которые провели время на орбите, подвергались болезни движения, известной как «космический адаптационный синдром» (КАС). Исследователи, рассматривающие КБД с точки зрения клинической неврологии как настоящее заболевание, подчеркивают подобие симптомов КБД и клинических проявлений различных форм вестибулярных дисфункций.

Ученые, принимающие общефизиологическую позицию, считают набор ответов, выходящих за пределы нормативных параметров в ходе адаптации к микрогравитации (или реадаптации к земным условиям), проявлениями естественных реакций организма на внешние факторы, то есть как специфический КАС. КБД – это состояние, когда нормальная физиологическая адаптация достигает фазы декомпенсации, то есть сенсорной дезинтеграции, которая проявляется вестибулярным расстройством, связанным с КБД. Большинство исследователей в США, Европе и России связывают необычные реакции, наблюдаемые в микрогравитации, с изменениями вестибулярной функции, а также всеми функциями, основой для которых является вход вестибулярных афферентов (Clarke, Kornilova, 2007). Изменения функции вестибулярной системы по-разному приписывают изменениям внутренних сред лабиринта вследствие смещения жидкости в направлении головы (теория смещения жидкости), деафферентации отолитов, канало-отолитового конфликта, межлабиринтной асимметрии или нарушений сенсорных взаимодействий (теория сенсорного конфликта).

Российские ученые разработали сборники вопросов и проб для изучения головокружения и иллюзий пространственных координат, сенсомоторных и автономных реакций, возникающих при адаптации к невесомости (эксперименты «АНКЕТА», «ОПТОКИНЕЗ») (Kornilova, 1997).

В ходе полетов обследовали 114 космонавтов. Практически все (98%) испытывали иллюзии пространства различных видов, интенсивности и длительности в первые часы космического полета. Иллюзии обычно отмечали в темноте или при закрытых глазах (77%) во время свободного полета. В этих условиях 98% космонавтов ощущали состояние частичной или полной дезориентации. Наиболее частой иллюзией было ощущение перевернутости (16%), за ней следовали иллюзия движения окружающих предметов (15%), вращательного движения тела (9%), смещения или наклона предметов (8%) и линейного движения тела (4%).

Иллюзии классифицировали следующим образом:

  • иллюзии координат (31%): доминировали иллюзии наклона тела или окружающих предметов (инверсии); Грейбил считает, что иллюзии инверсии вызваны ответами отолитов на невесомость;
  • кинетические иллюзии (28%): согласно данным опроса, российские космонавты испытывали следующие типы кинетических иллюзий:
    • головокружение в сагиттальном (килевом) плане вокруг оси Y (иллюзия килевой качки);
    • головокружение вокруг продольной (Z) оси (иллюзия рыскания по курсу);
    • головокружение во фронтальном плане вокруг оси X (иллюзия качения); иногда отмечали комбинацию килевой, рыскания и качения.
  • смешанные иллюзии (41%): комбинация координатных и кинетических иллюзий.

Большинство космонавтов (72%) согласны, что триггером иллюзий и вегетативных реакций (гиперсаливации, тошноты и рвоты) в первые несколько дней полета выступает повышенная двигательная активность, особенно резкие движения головы и тела. Некоторые космонавты (11%) связывали появление иллюзий с ощущением прилива крови к голове в ходе острого периода адаптации к невесомости. Другие (21%) указывают, что триггерными факторами в развитии иллюзий и вегетативных реакций являются оптокинетическая стимуляция, а также отсутствие привычного ощущения опоры «верха и низа».

У многих космонавтов отслеживание движущихся объектов через окно значительно интенсифицировало иллюзии и вегетативные реакции.

Согласно отчетам космонавтов, иллюзии можно подавлять следующими простыми приемами: зрительной фиксацией какого-то объекта; жесткой фиксацией тела на кушетке с прижатой к ней головой/ногами или путем использования методов аутогенной тренировки обратной связи. Для коррекции и устранения иллюзий и вегетативных реакций в невесомости возможно использование специальных методов: напряжения мышц, создаваемого упражнениями с эластическим бинтом, контакта с неподвижным основанием, физической нагрузкой при упражнениях с велоэргометром или тредмилом, применения отрицательного давления к нижней части тела, ношения на ногах окклюзионных пневматических манжет, ношения пневматического демпфера на шее для ограничения движений головы, приема лекарственных средств. У 82% опрошенных космонавтов названные меры приводили к улучшению их состояния и снижению уровня иллюзий.

В истории российской космонавтики все без исключения космонавты, испытывавшие вестибулярный дискомфорт, были способны адаптироваться к условиям невесомости. Анализ данных в ходе полета показывает, что иллюзии виртуально появляются при переходе к невесомости, тогда как вегетативные симптомы либо не возникают вообще, либо появляются значительно позже. Проведенный статистический анализ продемонстрировал отсутствие корреляции между сенсорными и вегетативными реакциями. Это предполагает, что иллюзии не являются первичными сенсорными реакциями, предшествующими вегетативным нарушениям, но имеют независимый механизм развития.

Акустическая травма и шумовая болезнь возникают в результате ударного шумового инцидента или длительно (бытового, профессионального или случайного) воздействия интенсивных звуков или шумов. При этом саккулюс воспринимает звуки от инфразвука до 16 кГц с порогом в 40-60 дБА. Поэтому как акустическая травма, так и шумовая болезнь сопровождаются вестибулярными нарушениями, кроме слухового, типично протекающими в три периода (Gavalas, 1988). Их проявлением в сенсорной проекции являются жалобы на ушные шумы, которые инструментально документируют при помощи аудиометрии и вызванных потенциалов, как слуховых, так и вестибулярных. Выявляются нарушения координации а также вегетативные симптомы: сердцебиения, изменения АД, состава ферментов крови, потливость, головные боли, тошнота, эпизоды рвоты довольно редки, более частыми оказываются слезо- и слюнотечение или синдром сухого рта (для первого случая используют мускариновые блокаторы, для второго – агонисты). Профилактика подразумевает избегание шумов и импульсных взрывных или синкопальных звуков, использование средств защиты. Фармакотерапия направлена на восстановление поврежденных нервов – используют антиоксиданты, витамины, особенно группы В (В6). Важными компонентами лечения являются ноотропные средства (танакан, тиоцетам), тиоктовая кислота (эспа-липон), янтарная и яблочная кислоты. К симптоматическим средствам относятся антиаритмические, гипотензивные, гистаминовые H1- и мускариновые блокаторы.

Эффекты электромагнитных полей (ЭМП). Датчики магнитных импульсов находятся в макулах лабиринтов. Они были созданы природой для восприятия изменений погоды, поскольку движущиеся облака создают ЭМП с поверхностью земли и разрядов грома. В настоящее время множество генераторов излучают ЭМП техногенного происхождения. Их активность заканчивается перегрузкой датчика и далее процесс развивается подобно кинетозу и вибрационной болезни. Было показано, что даже умеренная нагрузка ЭМП приводит к нарушению функции координации движений, особенно у чувствительных больных. У пациентов, подвергавшихся воздействию ЭМП, в качестве отдаленных последствий отмечаются повышение АД и риск онкозаболеваний. Профилактика: экранированные комнаты, компенсация ЭМП при помощи пассивных передатчиков (фильтр «Радуга»). При остром нарушении (облучение, перегрузка) лечебная стратегия подобна кинетозу, лечение отдаленных последствий подобно таковому после травмы или радиационной болезни.

Изменение окислительно-восстановительного потенциала во внутренних средах организма приводит к изменениям соотношения SH- и SS-групп, что в свою очередь влияет на жесткость цилий волосковых клеток в лабиринте. Чувствительность этой системы наивысшая, она превышает таковую всех других подобных систем на 3-5 порядков. Одной из функций вестибулярной периферии является восприятие изменений окислительно-восстановительного потенциала, а значит, состояния метаболических процессов и его нарушения при проникновении во внутренние среды организма токсинов и ионизирующей радиации.

Изменения метаболизма, как было показано, приводят к грубым нарушениям вестибулярной функции, а это значит, что кроме специфического лечения диабета, тиреоидита и т. д. необходимо обращать внимание на вестибулярную функцию, а также перекисные процессы, липиды и патологические метаболиты.

Интоксикации с точки зрения изложенного воспринимает вестибулярная система (Kehaiov, 1986). Показано, что именно вестибулярный анализатор инициирует цепь реакций, направленных на восстановление гомеостаза, начиная от состава ферментов плазмы крови и заканчивая эвакуацией ядовитых веществ из желудка и кишечника. Таким образом, в токсикологии, кроме применения специфических антидотов и коррекции минерального и протеинового состава крови, полезно оптимизировать вестибулярную функцию на всех уровнях ее формирования. На периферическом уровне страдают сульфгидрильные группы цилий волосковых клеток. На основе этого показаны комплексоны, донаторы сульфгидрильных групп (унитиол, димеркапрол, сукцимер, тиосульфат натрия), восстановители и хелатирующие агенты, внеклеточные и внутриклеточные антиоксиданты. Цикл Креббса активируют при помощи яблочной и янтарной кислот (Saha, 1999). Угнетение в сенсорной проекции, в зависимости от уровня локализации патологического процесса, требует активации соответствующих медиаторных систем: холинергических, адренергических, дофаминергических или серотонинергических. Их гиперактивность, наоборот, требует агентов, блокирующих отдельные медиаторы. Снижение тонуса в вестибуломоторной проекции нуждается в коррекции минерального баланса, приеме витаминов, блокаторов холинэстеразы, агонистов адреналина или дофамина. Угнетение дыхания устраняют применением никотиновых агонистов: лобелина, цитизина, анабазина или габазина. Мышечные спазмы снимают миорелаксантами (центральными или периферическими), в случаях осложнения туннельными синдромами используют анальгетики, противовоспалительные средства, витамины группы B (B12), в отдельных случаях – ботулиновый токсин (диспорт).

Нарушения в вестибуловегетативной системе могутбыть разнообразными: неукротимая рвота, интенсивная головная боль, спазмы пищевода, желудка и кишечника, сердцебиение и аритмии, повышение АД. Необходим прием сорбентов (смекты), восстановление состава плазмы крови, применение коллоидных и регидратирующих растворов. Рвоту купируют антиэметиками: дофаминовыми, мускариновыми, серотониновыми блокаторами, ментолом. Например, рвоту, возникающую при хемотерапии онкобольных, устраняют дофаминовыми блокаторами: метоклопромидом, домперидоном, галоперидолом, хлорпромазином и ализапридом. Выраженной антиэметической активностью обладают фенотиазиновые транквилизаторы, которые кроме основного дофаминоблокирующего эффекта обладают менее выраженным антигистаминовым и холинолитическим действием. К этой группе принадлежат: ацепромазин, хлорпромазин и прохлорперазин. Среди побочных эффектов упоминают гипотензию, связанную с a-адреноблокирующим действием, и снижение порога судорожной готовности у эпилептиков. Экстрапирамидные синдромы могут возникать при взаимодействии с антигистаминовыми препаратами (дифенгидрамином). Применяют мускаринолитические антиэметики – атропин, скополамин, изопрамид, а также периферические холинолитики – гликопирролат, пропантелин, метскополамин. Они отличаются кратковременной активностью и используются преимущественно для лечения кинетоз. Используют также гистаминовые блокаторы, которые характеризуются холинолитическим эффектом, – дифенгидрамин, дименгидринат, прометазин (фенотиазин с H1-блокирующим эффектом), циклизин и меклизин (тератогенны в высоких дозах). Метоклопрамид имеет три проявления антиэметической активности: в малых дозах – антидофаминовой, в высоких – антисеротонинергической, а также периферическим активирующим воздействием на перистальтику желудка и двенадцатиперстной кишки. Его используют при хемотерапии, при понижении перистальтики желудка, рефлюксе и вирусных энтеритах. Препарат популярен в ветеринарии как антиэметик для мелких животных. Противопоказанием к применению является дуоденальная обструкция или язва. У больных, у которых рвота вызвана цитотоксическими препаратами, облучением или хемотерапией, показаны серотониновые антагонисты обратного захвата: ондасетрон (неэффективен при кинетозах), доласетрон, гранисетрон, трописетрон, ализаприд. Терапия препаратами этой группы должна сопровождаться мониторингом ЭКГ, так как некоторые из них (гранисетрон) значительно удлиняют QT. Среди популярных народных рецептов применяют ментол, который издавна известен в виде концентрированного отвара мяты перечной. В подострую фазу используют нуклеозиды, антиоксиданты, витамины групп В, С, Е, ноотропы. Отдаленные последствия лечат симптоматически.

Bирусные токсины в острой форме заболевания могут вызывать вестибулярные нарушения: головокружение, расстройства координации, тошноту, рвоту, запоры. Детоксикацию проводят при помощи антацидных, антиоксидантных, антиаллергических препаратов. Если инфекция вызвана вирусом гриппа группы А, ранее эффективным считали амантадин (также обладает выраженным антидофаминергическим эффектом при болезни Паркинсона и вызванными лекарственными средствами экстрапирамидными реакциями) и римантадин. Амантадин также потенцирует активность интерферонов в комплексном лечении гепатита С. Для терапии инфекций, вызываемых вирусами группы В, наиболее эффективными оказались озельтамивир и замивир.

Известно, что грипп и другие вирусы, вызывающие острые респираторные болезни, являются тропными к статоакустическому нерву. Группа герпеса может характеризоваться наличием хронической формы и низкой активностью с минимальными клиническими проявлениями (патологической хронической усталостью, слабостью, потерей инициативы, хронической головной болью, снижением слуховой функции, ушными шумами) и повышенным уровнем только IgG к герпесу 1, 2, 3-го типа, краснухе, цитомегаловирусу и вирусу Эпштейн – Барра (в последнем случае наблюдают также моноцитоз). Положительного эффекта добиваются использованием противовирусных: ацикловира, валацикловира, ганцикловира, панавира (при микст-инфекции). Неврологическое лечение зависит от конкретного набора симптомов и их выраженности.

Bестибулярный нейронит (неврит) может развиться либо во время, либо после инфекционного заболевания. Волосковые клетки I типа и толстые волокна страдают первыми, поскольку имеют менее оптимальное соотношение площади поверхности и объема, чем волосковые клетки II типа и тонкие волокна. Болезнь проявляется интенсивным истинным головокружением, нистагмом, расстройством координации, парезом канала или преимуществом направления при регистрации нистагмографии. Лечение: противовирусные, гистаминовые, кальциевые, мускариновые блокаторы, нуклеозиды (цитизин и уридин), антиоксиданты, витамины В, С, Е, препараты, оптимизирующие метаболизм нервной клетки. В случаях резидуальных нарушений координации показана вестибулярная реабилитация.

Вестибулярный нейронит следует отличать от TИA, которая разнится с инсультом отсутствием остаточных симптомов в форме параличей и парезов. TИA характеризуется временным снижением кровоснабжения в определенной области мозга, причинами бывают тромбозы артерий мозга, повреждение или спазм кровеносных сосудов мозга. Клиническими проявлениями TИA являются: неясное головокружение, снижение уровня сознания и чувствительности органов чувств, конфузия или потеря памяти, нарушение пространственного окружения в ситуации и времени, затруднения глотания, больной не узнает родственников, возможны неконтролируемые акты мочеиспускания и дефекации, слабость одной руки и ноги, асимметрия лица, координаторные, эмоциональные, речевые нарушения. У лиц с вестибулярным нейронитом не встречают ни нарушений сознания, ни параличей, ни парезов. Рвота более типична для нейронита, причем движения головы приводят к значительному усилению симптома (Zozulia, 2010). При ТИА может наблюдаться повышенное АД, а над магистральными артериями – прослушиваться пульсирующий шум. Использование ангиографии позволяет обнаружить сужение артерии, оценить его степень и наличие кровотечения. ТИА нередко сопровождается повышением уровня холестерина и глюкозы крови. ТИА следует вести специально подготовленному персоналу в стационаре, лечение подразумевает антикоагулянты, спазмолитическую терапию, а при необходимости микроинвазивное хирургическое вмешательство. Церебролизин уменьшает размер зоны инфаркта мозга за счет предупреждения отека, стабилизирует микроциркуляцию, нормализует неврологический и когнитивный дефициты и повышает индекс выживаемости. Эти феномены описаны в случаях инсульта и сосудистой деменции в двойных слепых контролируемых плацебо исследованиях на Евразийском, Американском и Австралийском континентах. В испытаниях на животных инъекция церебролизина в терапевтическом окне 24-48 часов от начала ишемии повышает пролиферацию, миграцию, созревание и индексы выживания нейробластов.

Бактериальные токсины имеют выраженное влияние на вестибулярную систему. Дополнительным фактором является выраженная нейро- и ототоксичность отдельных классов антибиотиков. Следует обратить внимание на наиболее опасные группы.

Предлагается перечень антибиотиков, распределенных по классам.

  1. Аминогликозиды: амикацин, гентамицин, канамицин, неомицин, нетилмицин, тобрамицин, паромомицин. Применение: инфекции, вызванные грамотрицательными бактериями, Escherichia coli и Klebsiella, частично Pseudomonas aeruginosa. Эффективны против аэробных бактерий (необлигатных/факультативных анаэробов) и туляремии. Возможные побочные эффекты: потеря слуха, головокружение, поражение почек.
  2. Анзамицины: гельданамицин, гербимицин. Применение: в исследованиях, в качестве противоопухолевых антибиотиков.
  3. Карбапенемы: эртапенем, дорипенем, имипенем/циластин, меропенем. Применение: бактерицидные как для грамположительных, так и для грамотрицательных микроорганизмов и потому полезны для эмпирического антибактериального покрытия широкого спектра. (Внимание: метициллин-резистентный Staphylococcus aureus [MRSA], резистентный для этого класса). Возможные побочные эффекты: тошнота, головная боль, судороги, приливы и аллергические реакции, замедление желудочно-кишечной перистальтики и диаррея.
  4. Цефалоспорины. Первое поколение: цефадроксил, цефалотин, цефалексин. Применение: хорошее покрытие против грамположительных инфекций. Второе поколение: цефаклор, цефамандол, цефокситин, цефпрозил, цефуроксим. Применение: меньше грамположительного, улучшенное грамотрицательное покрытие. Третье поколение: цефиксим, цефдинир, цефдиторен, цефоперазон, цефотаксим, цефподоксим, цефтазидим, цефтибутен, цефтизоксим, цефтриаксон. Применение: улучшенное покрытие грамотрицательных микроорганизмов, кроме Pseudomonas. Сниженное грамположительное покрытие. Четвертое поколение: цефепим. Применение: против инфекций, вызванных Pseudomonas. Пятое поколение: цефтаролина фозамил, цефтобипрол. Применение: лечение MRSA. Возможные побочные эффекты: тошнота (при конкурентном применении алкоголя), аллергические реакции, замедление желудочно-кишечной перистальтики и диаррея.
  5. Гликопептиды: тейкопланин, ванкомицин, телаванцин. Применение: широкого спектра действия. Возможные побочные эффекты: аллергические реакции.
  6. Линкозамиды: клиндамицин, линкомицин. Приме­нение: серьезные стафило-, пневмо-, и стрептококковые инфекции у лиц с аллергиями на пенициллин, а также анаэробные инфекции; местно клиндамицин при угрях. Возможные побочные действия: псевдомембранозный энтероколит.
  7. Липопептиды: даптомицин. Применение: грамположительные инфекции.
  8. Макролиды: азитромицин, кларитромицин, диритромицин, эритромицин, рокситромицин, тролеандромицин, телитромицин, спектиномицин. Применение: стрептококковые инфекции, сифилис, инфекции верних и нижних дыхательных путей, микоплазменные инфекции, болезнь Лиме, пневмония, гоноррея. Возможные побочные эффекты: тошнота, рвота и диаррея (особенно в высоких дозах), удлинение интервала QT (особенно эритромицин), нарушения зрения, гепатотоксичность, желтуха.
  9. Монобактам: азтреонам. Применение: стрептококковая инфекция, сифилис, инфекции верних и нижних дыхательных путей, микоплазменные инфекции, болезнь Лиме, пневмония, гоноррея.
  10. Нитрофураны: фуразолинон, нитрофурантоин. Применение: бактериальная/протозойная диаррея или энтерит, инфекции мочевыводящих путей. Возможные побочные эффекты: общая интоксикация.
  11. Пенициллины: амоксициллин, ампициллин, азлоциллин, карбенициллин, клоксациллин, диклоксациллин, флуклоксациллин, мезлоциллин, метициллин, нафциллин, оксациллин, пенициллин G, пенициллин V, пиперациллин, темоциллин, тикарциллин. Комбинации пенициллинов: амоксициллин/клавунат, ампициллин/сульбактам, пиперациллин/тазобактам, тикарциллин/клавунат. Применение: второй компонент предотвращает развитие резистентности бактерий к первому компоненту. Широкий спектр инфекций; пенициллины используют при стрептококковой инфекции, сифилисе и болезни Лиме. Возможные побочные эффекты: аллергии с серьезными анафилактическими реакциями, повреждения мозга и почек, снижение желудочно-кишечной моторики и диаррея.
  12. Полипептиды: бацитрацин, колистин, полимиксин B. Применение: инфекции глаз, ушей или мочевого пузыря; обычно используют непосредственно на глаз или путем ингаляции в легкие; редко в инъекциях. Возможные побочные эффекты: повреждение почек и нервов (при инъекционном способе введения).
  13. Хинолоны (фторхинолоны): ципрофлоксацин, эноксацин, гатифлоксацин, левофлоксацин, ломефлоксацин, моксифлоксацин, налидиксиновая кислота, норфлоксацин, офлоксацин, тровафлоксацин, грепафлоксацин, спарфлоксацин, темафлоксацин. Применение: инфекции мочевыводящих путей, бактериальный простатит, госпитальная пневмония, бактериальная диаррея, микоплазменные инфекции, гоноррея. Возможные побочные эффекты: тошнота, необратимые повреждения ЦНС, тендиноз.
  14. Сульфонамиды: котримоксазол, тримексазол, сульфадиметоксин, сульфаниламид, мафенид, сульфонамидохризоидин, сульфацетамид, сульфадиазин, сульфадиазин серебра, сульфаметизол, сульфаметоксазол, сульфанилимид, сульфасалазин, сульфизоксазол, триметоприм, триметоприм/сульфаметоксазол. При­менение: инфекции мочеполовых путей (кроме сульфацетамида, применяемого при глазных инфекциях, мафенида и сульфадиазина серебра, применяемых локально при ожогах). Возможные побочные эффекты: тошнота, рвота, диаррея, фоточувствительность, лейкопения, аллергия (включая кожные реакции), появление кристаллов в моче, нейротоксичность, почечная недостаточность.
  15. Тетрациклины: демеклоциклин, доксициклин, миноциклин, окситетрациклин, тетрациклин. Применение: сифилис, хламидии, болезнь Лиме, микоплазма, угри, риккетсиозы, малярия. Возможные побочные эффекты: чувствительность к солнечному свету, снижение желудочно-кишечной моторики и диаррея, потенциальная токсичность для матери и плода при беременности, гипоплазия эмали (окраска зубов, потенциально необратимая), временное угнетение роста костей.
  16. Препараты против микобактерий: клофазимин, дапсон, капреомицин, циклосерин, этамбутол, этионамид, изониазид, пиразинамид, рифампицин, рифабутин, рифапентин, стрептомицин. Применение: антилепрозные, антитуберкулезные, при инфекциях мочеполовых путей, преимущественно вызванных грамположительной флорой и микобактериями комплекса Mycobacterium avium. Возможные побочные эффекты: симптомы общей интоксикации, красно-оранжевый цвет пота, слез и мочи, приливы, зуд, нейро-, ототоксичность.
  17. Прочие: арсфенамин, хлорамфеникол, фосфомицин, фузидовая кислота, линезолид, метронидазол, платенсимицин, хинупристин/дальфопристин, рифаксимин, тиамфеникол, еигециклин, тинидазол. Применение: инфекции, вызванные спирохетами, менингит, MRSA, для местного применения или для дешевого внутреннего лечения. Исторически: тиф, холера, грамотрицательные, грамположительные, ванкомицин-резистентный Staphylococcus aureus, инфекции, вызванные анаэробными бактериями, амебиаз, трихомоноз, гардиаз, диаррея путешественников, вызванная E. coli, протозойные инфекции. Возможные побочные эффекты: бесцветная моча, головная боль, металлический привкус во рту, тошнота, апластическая анемия, тромбоцитопения, вздутие желудка, горечь во рту и икота; противопоказан алкоголь.

Антибиотикотерапию рекомендовано проводить с протекторами: антиоксидантами, сорбентами (активированный уголь, смекта), восстановителями и донаторами сульфгидрильных групп. В большинстве случаев их следует разделять по времени от употребления антибиотиков.

Гельминты, простейшие и грибки. Вызвают симптомы общей интоксикации, в частности вестибулярные: головокружение, головную боль, тошноту, эпизоды рвоты. Антигельминтные препараты прогоняют червей-паразитов (гельминтов, глистов) из организма путем их обездвиживания или убивания. Их называют вермифугами (обездвиживают) или вермицидами (убивают). Само собой разумеется, что вермициды являются более токсичными. Различают следующие бензимидазолы. Альбендазол эффективен против остриц, кольчатых червей, власоглавов, ленточных червей, нематод; мебендазол – против остриц, кольчатых червей и нематод; тибендазол – против кольчатых червей и нематод; фенбендазол – против желудочно-кишечных паразитов; триклабендазол – против печеночных трематод; флюбендазол – против большинства кишечных паразитов; абамектин – против большинства червей, обитающих в кишечнике, кроме ленточных, для удаления которых обычно используют празикватель в сочетании с абамектином; диэтилкарбамазин – против Wuchereria bancrofti, Brugia malayi, Brugia timori, тропической легочной эозинофилии, лоаоза; никлозамид – против ленточных червей; ивермектин – против наиболее часто встречающихся кишечных паразитов (кроме ленточных червей). Сурамин: пирантела памоат – более эффективен против нематод; левамизол: празиквантель – против цестод и некоторых трематод; октадепсипептиды (например, эмодепсид) – против многих желудочно-кишечных глистов; производные аминоацетонитрила (например, монепантель) – против множества желудочно-кишечных паразитов, в том числе резистентных к другим классам препаратов.

Существуют также природные антигельминтные препараты, к ним относятся: табак (Nicotiana tabacum, Nicotiana rustica), моринга масличная, азадирахта индийская, черный грецкий орех, полынь, гвоздика, пижма обыкновенная, хагения абиссинская, чеснок, горная мука (diatomaceous earth), ананас настоящий, семена черного тмина, папоротник мужской, дикий бергамот, разведенный водой мед с уксусом также используют в качестве глистогонного средства, а в бразильской народной медицине – плюмерию (Plumeria acutifolia), гармалу обыкновенную, лозу духов (Banisteriopsis caapi), генистеин (из сои и прочих овощей).

Антипротозойные агенты (код ATC P01) представляют собой класс лекарственных средств, применяемых для лечения протозойных инфекций. Простейшие мало похожи друг на друга (например Entamoeba histolytica менее похожа на Naegleria Fowleri, чем на Homo sapiens), поэтому агенты, эффективные против одного патогена, могут быть неэффективны против другого. Однако метронидазол избирателен против анаэробных организмов и потому эффективен против многих (хотя не всех) этих патогенов.

Противогрибковые лекарственные средства используются для лечения грибковых инфекций, таких как нога атлета, кандидиазис (молочница), кольчатые черви, серьезные системные инфекции, подобные криптококковому менингиту и др. Эти препараты относятся к рецептурным средствам. Представители: эфлорнитин, фуразолидон, меларсопрол, метронидазол, орнидазол, сульфат паромомицина, пентамидин, пириметамин, тинидазол. Выделяют следующие классы. Полиеновые противогрибковые: натамицин – 33 атома углерода, легко связывается с эргостеролом, римоцидин, филипин – 35 атомов углерода, имеет сродство к холестеролу (токсичен), а также нистатин, амфотерицин В, кандицин. Класс имидазоловые: миконазол, кетоконазол, клотримазол, эконазол, омоконазол, бифоназол, бутоконазол, фентиконазол, изоконазол, оксиконазол, сертаконазол, сульконазол, тиоконазол. Класс триазоловые: флуконазол, интраконазол, изавуконазол, равуконазол, посаконазол, бопиконазол, терконазол, альбаконазол; тиазоловые: абафунгин. Аллиламины: тербинафин, нафтифин, бутенафин. Эхинокандины: анидулафунгин, каспофунгин, микафунгин. Прочие: полигодиал – выраженное быстродействие in vitro против Candida albicans, бензойная кислота – противогрибковая активность, но следует применять в комбинации с кератолитическими агентами, такими как циклопирокс (оламин циклопирокса), который наиболее эффективен против отрубевидного лишая, толнафтат; ундециленовая кислота – ненасыщенная жирная кислота, производная натурального касторового масла, помимо фунгистатического, обладает антибактериальным и антивирусным действиями. Флуцитозин или 5-фтороцитозин – антиметаболит, гризеофульвин связывается с полимеризированными микротрубочками и угнетает митоз грибков, галопрогин – выпуск прекращен из-за появления более современных противогрибковых с меньшими побочными эффектами, бикарбонат натрия (NaHCO3) демонстрирует эффективность против зеленой плесени на лимонах при содержании в холодильнике и парше на растениях розы.

Аллергии. Значительный процент аллергий развивается с вовлечением вестибулярной системы. По этой причине все антиаллергические лекарственные средства оказывают влияние на вестибулярную функцию. Терапию следует начать с определения продуктов питания, вызывающих аллергию, в частности с тех, которые содержат высокие концентрации гистамино-подобных субстанций: клубники, цитрусовых, помидоров, b-лактоглобулинов – их следует исключить из рациона на время лечения аллергических и аутоиммунных заболеваний. Необходимо быть осторожными при терапии больных с некоторыми типами НПО (например потемнениями в глазах), поскольку при них наблюдаются тенденции к удлинению интервала QT на ЭКГ, тогда как известно, что некоторые H1-блокаторы вызывают удлинение интервала QT. Поэтому в определенных случаях аллергических реакций препаратами выбора могут быть десенсибилизирующие агенты, такие как хлорид или глюконат кальция. У больных с неясными головокружениями принято применять гистаминовые агонисты и ноотропные средства, которые могут оказаться опасными у пациентов с аллергическими проявлениями. Аллергии сопровождаются изменением состава сульфгидрильных групп в тканях организма, поэтому эти группы требуют специальной защиты, начиная с алиментарных продуктов с высоким содержанием сульфгидрильных групп: свиного, куриного, индюшачьего мяса, яиц, молока и творога, кисломолочных и растительных продуктов: красного перца, чеснока, лука, брокколи, семян. Показаны неорганические низкомолекулярные молекулы (тиосульфат натрия) и сложномолекулярные средства (a-липоевая кислота, унитиол). В тяжелых случаях применяют глюкокортикоидные гормоны. Для некоторых больных выраженный положительный эффект дало лечебное голодание (обязательно под контролем специалистов).

Беременность. Это состояние означает изменения функционального состояния ЦНС, гормонального фона и повышенную нагрузку на системы выведения метаболитов. Все три фактора изменяют вестибулярную функцию – ранний токсикоз представляет собой вестибулярное нарушение. Беременность серьезно ограничивает ассоримент используемых препаратов. Очень важна диета, среди фармакологических средств противопоказаний не имеет вертигохель.

Мигрень. Во многих случаях мигрень связана с вестибулярными нарушениями и сопровождается истинным головокружением. В профилактике мигрени без ауры весьма эффективными (до 80%) оказались гистаминовые агонисты (вестинорм, ноофен), менее действенны (50-70%) b-блокаторы. В Консорциуме головной боли США упоминается пять препаратов со средней – высокой активностью при лечении мигрени: амитриптилин, дивалпроекс, тимолол, пропранолол и топирамат (Kaniecki, Lucas, 2004). У лиц с гистаминергической мигренью с аурой, аурой без головной боли и кластерными головными болями, если локализация боли окципитальная, наиболее эффективен цикланделат, темпоральная – арлеверт (смесь циннаризина с дименгидринатом). При приступах назначают золматриптан, номигрен, эрготамин. Описаны положительные эффекты алпразолама при приступах. Среди последних данных имеются отчеты о положительных эффектах амантадина как при приступах, так и для профилактики (Snow, 2002). Действие нестероидного противовоспалительного агента – диклофенака калия в порошковой форме в виде саше, приготовленного по специальной DBT-технологии (Cambia, Volfast, катафаст), начинается раньше, чем других обезболивающих, а по активности в исследованиях, проведенных в Европе и США, оценено как равное суматриптану при приступах.

Информационные нагрузки (мониторная болезнь). Такие нагрузки связаны с широким распространением компьютеров, телевизоров, плазменных экранов и даже неоновых мигающих огней. Перегрузкам подвержены практически все органы. Понятно, что наибольшая нагрузка направлена на зрение, но звуки также изменены. Более того, в основном они техногенные, изменены спектр запахов и вкусовой спектр, а также состав пищевых продуктов. Последние 50 лет наши органы чувств функционируют в неприродном режиме. Признаками мониторной болезни являются: длительная работа с мониторами в анамнезе, неясное головокружение и НПО, головная боль, зрительные нарушения, тошнота, ушные шумы, онемения, потемнения в глазах, сердцебиения, кожные симптомы на лице, аллергии. Профилактика начинается с диеты, содержащей фолиевую кислоту: брокколи и прочие типы капусты, шпинат, икра, телячья печенка, яйца; продуктов, содержащих мелатонин: черники, голубики, черной смородины, ежевики, слив; продуктов, содержащих гистаминоподобные вещества: клубники, цитрусовых (лимоны, грейпфруты), киви.

Лечение: ноотропы, витамины группы В, антиоксиданты, серосодержащие средства. При спазмах кишечника или пищевода – мускариновые, при сердцебиениях – b-блокаторы.

Терапия, зависящая от топографии патологии

На сегодняшнем уровне развития науки мы лишь приближаемся к принципу прицельной терапии в неврологии в целом и в вопросе головокружения в частности. Тем не менее, даже первые новости о целевых уровнях мозга для некоторых препаратов, даже в случаях, когда они являются не единственной мишенью, необыкновенно важны для практического врача.

Патология периферических структур. Данная патология может быть врожденной или приобретенной. Первая может касаться формы лабиринта (например, недоразвитые полукружные каналы, суженный или расширенный эндолимфатический проток), развития отоконий (мегаотолит), дегенерации волосковых клеток или вестибулярного нерва. Эти патологии диагностируют в детстве (6-12 лет), они проявляются неясным или субъективным головокружением, нарушениями координации и слуха, сопровождаемыми ушными шумами. Окончательный диагноз устанавливают на основании данных МРТ. Лечение симптоматическое. Приобретенные нарушения могут быть вызваны травмой, разнообразными токсинами, включая эндотоксины и метаболиты, нарушениями кровообращения, шумами, вибрациями, электромагнитными и ионизирующими излучениями. В большинстве случаев окислительно-восстановительный потенциал сдвигается в сторону перекисления, поэтому эффективными оказываются химические восстановители, к числу которых принадлежат моносахариды (глюкоза), полисахариды (лактулоза) и алкоголи (маннитол). В зависимости от характера токсина (тяжелые металлы, диабет, урикемия, ревматоидный артрит, гепатоцеребральная или гепатолентикулярная дегенерация) в некоторых случаях эффективными оказываются донаторы сульфгидрильных групп: тиосульфат натрия, a-липоевая кислота (эспа-липон), производные этилендиаминтетрауксусной кислоты, унитиол, димеркапрол, сукцимер, пеницилламин (купренил). Описаны положительные эффекты внутриклеточных (a-токоферол) и внеклеточных (аскорбиновая укислота) антиоксидантов. Восстановлению нарушенной функции периферических структур способствуют лекарственные средства с ноотропной активностью: пирацетам, мексидол, экстракт гинкго двухпалого (танакан), ноофен, оксибутират натрия, пантогам, пикамилон, ацефен, бемитил, тиоцетам. Улучшения достигают за счет использования витаминов D, В1, ниацина, В6, биотина. В случаях умеренной гипоксемии в большей мере страдают волосковые клетки I типа и толстые волокна, при этом эффективна янтарная кислота. Снижение уровней калия приводит к лабиринтным нарушениям, баланс восстанавливают применением солей калия: бромида, ацетата, оротата, хлорида, панангина или аспаркама.

Дисфункции вестибулярных ядер ствола мозга. Проявляются множеством клинических признаков: неясным или субъективным головокружением, нарушением координации, тошнотой, позывами на рвоту, ее эпизодами, симпатическими или парасимпатическими вегетативными расстройствами. На этом уровне гистамин и, до некоторой степени, ацетилхолин являются важнейшими медиаторами. Перевозбуждение или асимметрию активности вестибулярных ядер блокируют гистаминовыми H1-блокаторами: этаноламинами (дименгидринат, дифенгидрамин, клемастин), этилендиаминами (хлоропрамин), тетрагидрокарболинами (димебон, мебгидролин), фенотиазинами (прометазин), производными алкиламина (диметинден), квинуклидинами (квифенадин, секвифенадин), фталазолинами (азеластин) и блокаторами второго поколения: акривастином, астемизолом, клемастином, лоратадином, терфенадином, цетиризином, эбазином, бикарфеном, дипразином, фенкаролом, ципрогептадином, димебоном, диметинденом, оксатомидом, сетастином, фенирамином. Необходимо помнить, что вся группа, а особенно астемизол и терфенадин могут удлинять интервал QT. Неясное головокружение холинергического происхождения у больных, прекративших курение, эффективно устраняется при помощи холиномиметических препаратов: лобелина, цитизина, абазина, гамибазина. Эти же препараты оказываются эффективными и у пациентов с артериальной гипотензией и ортостатическим расстройством. При перевозбуждениях, подобных кинетозам, вибрационной болезни, постстрессовом синдроме, перегрузке, вследствие воздействия электромагнитных полей эффективными оказываются мускаринолитики: атропин, экстракты белладонны, беллатаминал, гиосцин, скополамин, гиосцингоматропин, платифиллин (палюфин, тепафиллин, солютан) и спазмолитин. В случаях истинного головокружения достаточно эффективны кальциевые блокаторы: циннаризин, флунаризин, цикланделат, нифедипин, нимодипин, алкалоиды барвинка малого – винкапан, кавинтон, инстенон.

Дисфункция вестибулярных ядер среднего мозга. Наиболее связана с мускариновыми, дофаминовыми, адренорецепторами и проявляется в форме НПО. Повышенная дофаминергическая активность характеризуется объективным и субъективным головокружением, психомоторным возбуждением, бредом и параноей (при шизофрении они сопровождаются НПО), иногда с эпизодами рвоты, судорогами, тенденциями к зависимостям или азартным играм, зачастую с депрессией (иногда сезонного характера). Эффективными оказываются: клозапин (истинное головокружение), метоклопромид, домперидон, галоперидол, трифлуперидол (обладает также противосудорожными свойствами), хлорпромазин и ализаприд. Велбутин считают единственным антидепрессантом, эффективным при сезонных депрессиях.

В двойном слепом рандомизированном контролируемом плацебо исследовании было показано, что подобной активностью при депрессивном расстройстве малой и средней степени выраженности обладает экстракт зверобоя Hypericum STW 3-VI, в составе которого содержатся алкалоиды, блокирующие обратный захват синаптосомами серотонина, дофамина и норадреналина на уровне пресинаптической аксонной терминали, отличающийся от синтетических аналогов менее выраженными побочными действиями.

Дофаминергическая недостаточность сопровождается нарушениями координации, паркинсонизмом, синдромом беспокойных ног, опухолями шишковидной железы (пролактиномами), акромегалией, снижением сексуальной функции. Улучшают ситуацию агонисты дофамина: мезилат бромокристина, ропинирол, каберголин (применяют при ангедонизме, алкоголизме, облегчает обучение новым моторным навыкам, повышает концентрацию и память), перголида мезилат, апоморфин (эффективен в случаях гомосексуализма, героиновой зависимости и недостатке инициативы), лизурид (повышает когнитивную функцию и память, обладает антимигренозным эффектом), ротиголин, амантадин (эффективен против вирусов гриппа группы А, при хронической усталости и рассеянном склерозе).

Дисфункция подкорковых вестибулярных ядер. Помимо всего прочего она приводит к адренергическим и серотонинергическим нарушениям, которые проявляются в форме неясных и истинных головокружений, НПО, гипертензии и лимбических расстройств. Если преимущественно объективное или псевдоголовокружение сопровождает феохромоцитому, мигрень, нарушения кровообращения, эндартериит, болезнь Рейно, акроцианоз, начальные стадии атеросклеротической гангрены, трофические язвы конечностей, пролежни, кризисное течение гипертензии, применяют a-адреноблокаторы: теразозин, доксазозин (артезин), омник или альфазозин. При опасности сердечной катастрофы, мигрени, аритмии, последствиях стресса применяют b-адреноблокирующие агенты: атенолол, бисопролол, бетаксолол, метопролол, небиволол (влияет непосредственно на стволомозговой сосудистый центр), талинолол, этмолол, пропранолол. Подробности выбора этой группы препаратов описаны в специализированных руководствах. Если неясное головокружение сопровождают эмоциональные депрессивные нарушения, применяют ингибиторы обратного захвата серотонина: амитриптилин, триавил, имипрамин, цефедрин, герфонал, малеинат дамилена, кломипрамин и особенно последнее поколение: ондасетрон, доласетрон, гранисетрон, трописетрон, ализаприд (вергентан). В подкорковых областях мозга определяют высокую активность эндорфинов, энкефалинов, системы динорфина и субстанции P, их роль в формировании вестибулярной функции не установлена.

Дисфункция вестибулярной коры. Приводит к драматическим изменениям баланса ГАМК – глицин и, таким образом, процессов возбуждения/торможения. Снижение тормозного влияния ГАМК приводит к нарушению активности всех медиаторных систем, что клинически проявляется в виде невротизации, появляются расстройства метаболизма, выявляют заболевания внутренних органов: почек, печени, щитовидной железы. Среди тяжелых последствий – «обвал» иммунитета, вызывающий хронические инфекции: вирусные, бактериальные протозойные, аутоиммунные и онкологические заболевания. Лечение на этапе невротизации: агонисты ГАМК, гистаминовые блокаторы, при тяжелой патологии – габапентин. Само собой разумеется, что при резистентной гипертензии на этом этапе необходимо ее лечение, однако следует помнить, что в этом случае «основной диагноз» представляет собой следствие, а не причину. При лечении последствий доктор не устраняет магистральный патологический процесс.

Окончание читайте здесь

Оригинальный текст документа читайте на сайте www.homofortunatus.com

Поделиться с друзьями:

Партнеры

ЛоготипЛоготипЛоготипЛоготипЛоготип